— Ну, вот. Ну, вот, — одобрительно кивала она.
— Как хоть тебя зовут? — опять спросил Сергей, но тут объявили посадку, и все с шумом снялись с мест, как стая ворон, спугнутая проезжающей машиной. Начался общий шум и толкотня, выстраивание в длинную очередь, потом все потянулись к рукаву-кишке, через который загружают пассажиров в новые самолёты. Вот уже и рюкзак его уместился на полку. Специально такой покупал, чтобы влезал, даже если набить хорошо. По проходу, закрывая с щелчком крышки багажных отсеков, пробежала стюардесса.
— Ваше? — спросила она строго, ткнув пальцем в девчонку, стоящую в проходе. — На период взлёта и посадки уберите из прохода, пожалуйста. Не положено. Техника безопасности.
— Э-э-э…, — только сказал Сергей.
— Ага, ага, — сказала девчонка и скакнула к нему на колени. Тут же обняла за шею и прижалась плотно.
— Молодца, сосед! — пихнул сбоку какой-то морячок в чёрном кителе и белой рубашке. — Не терялся тут. Ай, молодца! Сергей повернул, было, голову, чтобы ответить как-то. Может быть, даже грубо. Потом подумал, что это же просто безобразие какое-то — на колени влезла, понимаешь! Потом ему стало тепло и даже немного приятно. И пахло от девчонки полынью и какими-то цветами — совсем не противно. Двигатели завизжали, разгоняя лайнер. Взлетели. А как взлетели, так она сразу слезла с его коленей и присела на корточки сбоку на ковровой дорожке. Когда проезжали с питанием — снова забиралась к Сергею. А когда ходили в туалет — просто вставала, пропуская всех мимо. И снова садилась на корточки. Так, что только её макушка была видна над поручнем кресла. И ведь никто не обращал совершенно никакого внимание — вот что было самым странным. То есть, странным было всё. С самого начала — все странно.
Но то, что странное не видел кроме Сергея никто — ещё страннее. Вот же, прямо как Алиса какая-то — даже говорить стал про себя страннее и страннее. Или там было — страньше? Ну, ничего, ничего. Будет ещё Домодедово. Будет наш московский контроль… Или на выходе теперь тоже без контроля? На выходе контроль был. Крепкие мужички проверяли соответствие багажа талонам, смотрели, кто и что несёт с собой. Посмотрели и на рукав девчонки.
— Твоя, что ли? Ничо так, молодая, фигуристая, — одобрил один.
— Как хоть назвал-то? — поинтересовался тот, что постарше. — Что, никак ещё? Это ты зря. Имя должно быть у каждой зверушки. А тут все же целый человек. И неплохой, вроде. Может, и мне туда съездить… Сергей тупо молчал. А девчонка вела его по переходам, толкала в электричку. И только уже на Павелецком открыла рот: