— Казнь отменяется, ребята!!! Но не расстрел! — Арнольд глумливо захохотал.
Имитация расправы над беззащитными, безоружными моряками, похоже, доставляла Арнольду большое удовольствие. Он прохаживался по корме с видом хозяина. И победителя.
— А теперь повернитесь ко мне.
Моряки выполнили команду. Арнольд медленно прошел перед отправленными на расстрел членами экипажа сухогруза и перед каждым останавливался. Смотрел в глаза. И, видя в них плескавшиеся волны ужаса, довольно усмехался.
— Теперь вы, надеюсь, поняли, что спорить со мной не нужно? Себе дороже выйдет!
Данилов и Солдатиков сидели в своей каюте. И мрачно смотрели друг на друга. Наконец Солдатиков заговорил:
— И долго мы так будем ждать у моря погоды? Они сегодня чуть треть экипажа не расстреляли! А мы смотрим на это, как будто нам все равно…
— Но у нас своя задача, — сказал Данилов.
— И что, мы должны спокойно сидеть и смотреть, как наших ребят к стенке ставят?!
Андрей собрался ответить Солдатикову, но вдруг из сумки послышался звук, похожий на звонок дорогого будильника. Данилов достал фотоаппарат и посмотрел в видоискатель. Солдатиков недовольно пробурчал:
— Что там? Очередные инструкции следить за обстановкой?
— Нет, Витя, нам дали команду действовать! Сегодня ночью и начнем…
В первом часу ночи Данилов и Солдатиков надели специальные тельняшки и штормовки. Взяли выданные им перочинные ножи. И, тихонько открыв дверь, отправились выполнять задание.
Часовой у выхода на палубу рухнул в одно мгновение. Словно это был не молодой тренированный боец, а мягкая тряпичная кукла. Лезвие обычного перочинного ножа, выброшенное мощной пружиной, вошло ему прямо в горло. Он еще хрипел полминуты и потом умер. Данилов аккуратно взял его автомат и положил рядом. Магазин отсоединил и положил убитому в карман комбинезона.
Друзья вышли на палубу. Еще двое часовых стояли у кормы. По правилам они должны контролировать всю палубу. Но бойцы сейчас стояли и курили на юте — у флагштока. Они обернулись, когда Данилов и Солдатиков почти вплотную подошли к ним. Но сказать ничего не успели. Солдатиков выпустил лезвие из перочинного ножа, а Данилов — выстрелил бесшумным патроном. Оба охранника грохнулись на палубу. Данилов и Солдатиков положили специзделия в карман штормовки и взяли автоматы и боеприпасы.
Данилов передернул затвор:
— Ну что, пойдем на мостик? А потом — вернем долги Алексу.
На мостике находился старший помощник капитана и один охранник. Часового Солдатиков снял бесшумным выстрелом — в ноже еще оставались патроны. Данилов заметил: