Они наконец дошли до платной стоянки, на которой Алик оставил машину. Саша с удивлением увидела, что это изрядно потрепанная черная «бэха». Владелец контрольного пакета акций огромной строительной корпорации вполне мог бы позволить себе «Майбах».
— Садись, — улыбнулся Алик и открыл перед ней дверцу. Он, казалось, не замечал, в каком состоянии его машина, что на нем надето и насколько это соответствует его статусу.
— Она вообще обо мне вспоминала? — аккуратно начала наводить мосты Саша.
— Да, мы как-то говорили о тебе в связи со смертью Ликиной сестры, твоей мамы. Я хотел поехать на похороны… — он запнулся.
«Ангел ты наш, — мысленно усмехнулась Саша. — Только решимости у тебя нет, да и крылышки подмоченные. Нет, милый, никуда ты не полетишь. Очень жаль, что я изменилась, а ты нет».
— Она все оплатила, за что ей огромное спасибо, — Саша старалась, чтобы в ее голосе не было иронии.
— Она, кажется, ненавидит Грачи, — виновато сказал Алик. — О поездке туда не может быть и речи. «Еще бы! Такие воспоминания!» — рассказ тетки Марьи и Саше врезался в память, просто было пока непонятно, как использовать эту бесценную информацию? — Что до меня, то я не могу оставить ее надолго одну. Лика говорит, что никому, кроме меня, не доверяет. Нужна моя подпись в финансовых документах. Я должен ходить на совещания, ездить по банкам. Выполнять все ее поручения, а их у Лики немало, — уныло сказал Алик.
«Она использует его втемную, — сообразила Саша. — Что ж, удобно». Ей это тоже могло пригодиться. Она вздохнула и закрыла глаза. Да, битва будет трудной, и на этот раз проигрывать нельзя. Лучше умереть.
— Устала? — участливо спросил Алик. — Мы почти уже приехали.
Дом, у которого они остановились, был старым, пятиэтажным, но добротным. И в хорошем районе, вокруг деревья, уютные ухоженные дворики, тишина и покой, нехарактерные для новых спальных районов, которые Саша не выносила и где ей приходилось жить раньше, до своего отъезда в Грачи. Она с содроганием вспоминала круглосуточный грохот стройки за окном и ревущий автобус, будивший ее спозаранку даже в выходные. Здесь по крайней мере тихо. От квартиры Саша много не ожидала. Наверняка «бабушкин ремонт», старая мебель и капающие краны. Но и это сойдет. Не время привередничать.
Лифта в доме не было. Пока поднимались на четвертый этаж, Алик сказал:
— В квартире долгое время никто не жил, но когда я узнал, что ты приедешь, нанял клининговое агентство. Вот, — он достал ключи и открыл дверь. Саша отметила капли пота, выступившие у него на лбу. Да, Алик сдал. А ведь ему всего сорок! Разве это возраст?