– Джереми сказал тебе?
Мейсон кивнул:
– Он сказал мне. И я горжусь тобой.
Она больше не могла сдерживать слезы. Мейсон нежно приподнял ее подбородок так, что ее полные влаги глаза смотрели прямо на него.
– Позволь мне первым сказать тебе, Эва-Мари, что я очень горжусь тобой. Я знаю, что это нелегко. Ты могла бы оставить все так, как есть, но это не было бы лучшим выходом.
– Так чего ты хочешь? Вернуться к тому, что было раньше?
Сама она не была уверена, что еще хотела этого. Он запустил пальцы в ее волосы и прошептал:
– О, я хочу все вернуть… Но я хочу гораздо, гораздо большего.
Он поцеловал ее, и у нее подкосились ноги.
Когда они вернулись в кабинет, она увидела висящее там платье.
– Его не было здесь раньше.
– Ага.
Платье было в винтажном стиле с приталенным лифом и широким кринолином, отделанным кружевом. На полке лежала стильная шляпка из такого же материала, украшенная лентами.
Эва-Мари крепко прижала ладонь к животу, чтобы усмирить встрепенувшихся там бабочек.
– Что это?
– Ну, я надеялся, что ты все-таки поможешь нам принять гостей на дне открытых дверей в нашем поместье.
Ее сердце сжалось, и она оглядела платье с тоской, гадая, в качестве кого приглашена. Мейсон ответил на невысказанный вопрос:
– Как моя невеста.
Повернувшись, чтобы посмотреть на Мейсона, Эва-Мари увидела, что он стоит на одном колене. На поднятой руке он держал великолепное кольцо из белого золота с аметистом, обрамленным венком крошечных бриллиантов.
– Мейсон?
– Я не хочу больше недоразумений между нами, Эва-Мари. Мы оба дети своих родителей, но мы самостоятельные и независимые личности. И я думаю, что ты – невероятный человек. Ты можешь простить меня за то, что я позволил прошлому завладеть настоящим?
Сердце ее замерло. Она шагнула ближе и прижала его голову к своей груди.
– Только если ты сможешь помочь мне стать такой, какой я могла бы быть.
Мейсон посмотрел вверх, чтобы встретиться с ней взглядом.
– Нет, но я смогу помочь тебе быть такой, какой ты сама хочешь быть.
Встав с колен, он поцеловал ее с такой нежной почтительностью, что у нее заныло сердце. Затем прижал ее к своей груди. Взглянув через его плечо, она заметила фотографии в рамках, расставленные на полках. На них были она и ее брат.
– Мейсон, как?
– Джереми сохранил их. Я хочу, чтобы ты помнила обо всем, что было в твоей жизни.
– Обещаю, что так и будет.