Рэн поздравил его.
— Могу поспорить, она красавица.
Гордость на лице Сандауна вызвала улыбку у Катери.
— Как и ее мать. Прекрасная, самая драгоценная и только ей будет под силу до конца моих дней доводить меня до белого каления. — Он поцокал языком и подмигнул Рэну. — Слава богу, у меня есть винтовка, и я без зазрения совести устрою охоту за шкурой незадачливого поклонника, если тот выкажет хоть каплю неуважения моей девочке.
— Так, как вы ее назвали? — спросил Рэн.
— Ну, мы с Эбби вели долгие и порой не очень дружелюбные дебаты. Она хотела назвать ее Ханной в честь сестры, но я был, мягко говоря, не в восторге. Назвать дочку в честь даймона, пусть даже члена семьи, для меня звучит дико. Да и это имя мне никогда не нравилось. Энди предложил назвать ее в его честь — Андриана. Поэтому я вышвырнул его за дверь, чтобы мы могли серьезно все обсудить. Я хотел назвать ее Рэна в честь тебя, но Эбигейл возмутилась, что ее будут в школе дразнить «надпочечником[44]» и за это она меня грохнет. Поэтому, после некоторых споров, частых угроз в мой адрес, нелестных отзывов о моем хозяйстве и ежеминутных сомнениях в моей любви, мы решили назвать ее Макали Лаура, в честь тебя и матери Эбби.
Катери поджала губы, сдерживая смех из-за красочных объяснений Сандауна. Несмотря на то, что они были едва знакомы, он ей очень понравился. И хотя теперь она замечала различия между ковбоем Джессом Брэйди и воином племени кетува — Бизоном, Катери также увидела, что через все перерождения он сохранил огонь в душе.
Не удивительно, что Рэн продал свою душу, чтобы помочь разрушить проклятие, насланное на друга Койотом. Сандаун явно был бесценным. А еще она заметила, что Рэн никогда не заикается, беседуя с ним. Он был полностью расслаблен и спокоен, будто знал, что Сандаун никогда не осудит его. Вот за это Катери полюбила ковбоя еще сильней.
Рэн подошел к ней, а Сандаун быстрым шагом нагнал Кабесу.
— У меня возник странный вопрос.
— Да, — утвердительно ответил Рэн прежде, чем она спросила. — Его жена Эбигейл — Бабочка.
Катери обрадовалась, что Бабочка, в конце концов, воссоединилась со своим Бизоном.
— Ты не против, что они назвали ее Макали?
Учитывая его недавнюю реакцию на имя Мака'Али, Катери не была уверена, что Рэна порадовала затея друга.
— Я глубоко польщен. — Но его глаза заволокла печаль. Не ревность. Что-то совсем другое. То, чего Катери не могла понять.
— Что случилось?
Рэн не отвечал. Ему нелегко было делиться своими чувствами. Но по какой-то причине казалось правильным довериться Катери. Так, словно он для этого рожден.