– Мы куда-то поедем? – спросила Сидни, кутаясь в пальто.
– Нет, – ответила Серена, поворачиваясь лицом к сестре. Она навела пистолет Сидни на лоб, прижав дуло к коже между прозрачно-голубыми глазами. Дол зарычал. Сидни подняла руку и положила ладонь ему на загривок, успокаивая, – но не отводила взгляда от Серены, хоть сфокусировать взгляд за стволом пистолета и было непросто.
– Раньше у нас цвет глаз был одинаковым, – сказала Серена. – Теперь твои светлее.
– Я рада, что мы наконец стали разными, – ответила Сидни, борясь с дрожью. – Не хочу быть тобой.
Между сестрами наступило молчание. Молчание, полное перемен.
– А мне и не надо, чтобы ты была мной, – наконец проговорила Серена. – Но мне надо, чтобы ты была отважной. Надо, чтобы ты была сильной.
Сидни крепко зажмурилась.
– Я не боюсь.
* * *
Стоя на парковке с пальцем на спуске и дулом у Сидни на переносице, Серена окаменела. Девочка по ту сторону пистолета была ее сестрой – и не была ею. Может, Эли ошибся, и не все ЭО сломаны – или, по крайней мере, не одинаково. Может, Эли прав, и знакомой ей Сидни больше нет… но все равно эта новая Сидни не была опустошенной, не была темной, не была по-настоящему мертвой. Эта Сидни была такой живой, какой та другая никогда не была. Она буквально светилась жизнью.
Пальцы на пистолете ослабели, и Серена позволила ему скользнуть по лицу сестры. Сидни все так же жмурилась. Пистолет оставил у нее на лице отметину – небольшую впадинку там, где она налегла на оружие. Серена подняла руку и разгладила кожу подушечкой большого пальца. Только тогда Сидни открыла глаза – и читавшаяся в них стойкость дала трещину.
– Почему… – начала она.
– Изволь меня слушать, – прервала ее Серена ровным голосом – тем самым, которому никто, даже Эли, не мог сопротивляться. Голосом абсолютной власти. – Ты должна сделать то, что я скажу.
Она вложила пистолет в руки Сидни, а потом взяла ее за плечи и сжала их.
– Иди, – приказала она.
– Куда? – спросила Сидни.
– Туда, где будет безопасно.
Серена разжала руки и чуть толкнула сестру от себя, назад: когда-то такое движение было бы шутливым, нормальным. Вот только выражение ее глаз, пистолет у Сидни в руках и холодная ночь, сгущающаяся вокруг них, служили ярким напоминанием о том, что теперь ничего нормального нет. Сидни спрятала пистолет в карман, но не отвела взгляда от сестры и не сдвинулась с места.
– Иди! – рявкнула Серена.
На этот раз Сидни послушалась. Она повернулась, схватила Дола за загривок, и они вместе побежали между машинами. Серена смотрела вслед сестре, пока та не превратилась в красное пятнышко, а потом исчезла. У нее хотя бы будет шанс.