– Аллегории древних, – пояснила Юлия. – Оригиналы. По крайней мере, мне так сказали. Кошмар! – полторы тысячи лет…
Для древностей жутковатые скульптуры сохранились идеально.
– Любуйтесь, Борготта. Развивайте эстетический вкус. В какой-то мере вы тоже – аллегория. Тонкий намек на толстые обстоятельства.
Судя по аналогиям, Юлия не зря предложила сменить обстановку.
– Вы в данный момент – промежуточное состояние. Свободный – человек, раб – вещь, вы – семилибертус. Не вполне человек, не до конца раб. Ущербный. Калека. Умственно отсталый.
– Я заметил, – кивнул Лючано. – Говорят, как с больным…
Он сорвал длинную травинку, хотел сунуть ее в рот, но передумал, оставил вертеть в пальцах. Мало ли, что у маркиза в парке растет? Вдруг отрава? Или слабительное?
– Особенность третьего слоя восприятия. Мы искренне жалеем семилибертусов. Как вы, извините, жалеете неполноценных. В шоу участвовали?
– Да.
– На арене побывали?
– Побывал.
– Обратили внимание, что из вас хлестал сплошной негатив? Наихудшие воспоминания, скелеты из шкафов, грязное белье наружу?
– Обратил.
Он старательно глядел в землю, ковыряя дорожку носком туфли. Обувь надо бы новую купить – позор, каблук сбит, царапины на мысках… «А тебе не кажется, малыш, – спросил издалека маэстро Карл, – что эйфория куклы, которую ведет невропаст, и то удовольствие, что испытал ты, опорожняя душу…»
Маэстро замолчал, предоставив малышу самому закончить сравнение.
– Нечего кукситься, Борготта. Специфика «ошейника». Вы брызжете, мы внимаем – и понимаем, насколько обижены судьбой вы, инорасцы. Транслят-шоу, записи арен… Семилибертус говорит не с голоса хозяина. И что же он нам рассказывает, честно и откровенно? Он только и делает, что жалуется на жизнь! Раз за разом мы убеждаемся, что в до-рабской жизни любой из вас был глубоко несчастен. Наш скрытый комплекс неполноценности компенсируется комплексом превосходства. Миссии, если угодно. Клеймо – лекарство от страданий, от злокачественного недуга. Пользуясь вами, мы вас спасаем. Да, это чуточку стыдно – как принимать «компенсалк» на светском рауте. Поэтому на наших материнских планетах нет гладиаториев. Они вынесены на периферию. Все знают о семилибертусах, все пользуются их услугами, кто побогаче – заказывают персональные встречи. Просто это не афишируется.
– А «овощи»? Они-то вам зачем?
– А вы что, – изумилась Юлия, отбирая у гостя травинку и расслаивая острыми ногтями вдоль на три полоски, – хотите, чтобы ваш благоуханный поток сознания накрывал непосредственно вашего хозяина? Через поводок? Я была о вас лучшего мнения, Борготта… «Овощи» – канализация для отходов процесса. Наладили примитивную пси-связь, открыли клапаны, сбросили лишнюю грязь в безмозглых идиотов. Пусть бесятся, мутузят друг дружку на потеху зрителям! Негатив в идиоте дает один, вечный результат: драку. Дополнительное шоу – бои на арене всегда привлекали людей. Можно делать ставки на фаворитов…