Ратник едва заметно побледнел, но ответил не раздумывая:
– Смогу, княже! Дозволь еще двоих с собою взять на мой выбор.
– Бери. Мы пока в лесу остановимся за ручьем, что давеча проехали. Постарайся все сделать тихо.
Всеслав вернулся с первыми петухами. Поперек седла у него был перекинут связанный молодой ратник. Скинув его, словно куль, тверич с легкой удалью произнес:
– Не зря в засаде два часа просидели! До ветру захотел, сосунок. Поди, в штаны намочил, пока ехал!
Вокруг засмеялись. Михаил велел поставить пленника на ноги, подошел к нему и заглянул в трусливо бегающие глаза:
– Откуда? Можайский?
– Из Москвы. Боярина Семена Жеребца ратный.
– А в селе что делаешь?
– Дак это… князя тверского караулим. По всем дорогам приказом великого князя крепкие заставы поставлены.
Михаил стиснул зубы. Дмитрий ловил его?! Но как он мог узнать? Неужто среди своих бояр завелся Каин?
– Давно вас сюда пригнали?
– Вторая ночь пошла, князь! Гнали, коней не жалея. Пощади, не казни, я те все, что ведаю, расскажу!
Москвич заглянул в глаза тверского князя, прочитал в них свой приговор и, словно подкошенный, пал на колени…
Когда ратные были вновь построены, Михаил подозвал к себе сотников:
– Заможем спящими московитов порубить?
Опытные воины переглянулись. Один из них степенно пригладил бороду:
– Дело нехитрое – теплыми на ночлеге взять. Только пошто пополох поднимать, княже? Дальше нам хода уже не будет. А здесь не та победа, коей потом гордиться можно будет. Обратно нам надобно двигаться, юнца этого уже, поди, хватилися. Догонят на свежих-то конях – казну и людей зазря потеряешь. Я свою думку сказал, князь, а там ты сам решай. Прикажешь – кровью село это зальем!
Михаил грустно улыбнулся:
– Прав ты, тезка, не за этим мы сюда направлялись. Поворачиваем домой! Десяток сзади оставишь для догляда, двигаться рысью. Броней никому не снимать!!!
«Это Алексий! Это он, старый лисовин! Везде завел свои глаза и уши! Узнать бы – кто послал бы его голову Дмитрию! Ладно, буду настороже, а пока?.. Пока нужно внешне смириться и ждать зимы. А там снова к Ольгерду, к Кейстуту. Убеждать, умолять, горы серебра обещать за ратную помощь. Когда же начну поднимать своих смердов, также все дороги в сторону Москвы перенять!! Глядишь, и попадется в мои сети птичка Алексия!!»