II
Грили сидел в кино на двухшиллинговом месте. Он не без интереса следил за эпизодами, сменявшими друг друга на экране. Грили любил ходить в кино. По его словам, там можно было отвлечься от себя самого. Он любил остросюжетные фильмы, и ему просто не приходило в голову, что его собственная жизнь куда богаче приключениями, чем какой-нибудь боевик. Он просто выполнял свою работу, тогда как кинозвезды переживали захватывающие приключения. Ему очень нравилась Грир Карсон. Он любовался ее движениями, речевыми оборотами и легким подрагиванием губ в ожидании поцелуя. Вдруг его поразило сходство между Грир Карсон и Зиллой. Та же грациозная походка. Тот же обольстительный тип красоты. Вот именно — обольстительная красота! Не многие из женщин, встреченных им в жизни, обладали таким очарованием, мало кто из них так притягивал взоры окружающих. Очарование ведь не обязательно заключается в правильных чертах и привлекательных формах, нет, это нечто особенное, не поддающееся описанию. Короче, заключил он, такие женщины встречаются весьма редко.
Грили без конца повторял про себя, что Зилла могла бы превосходно устроить свою судьбу, найдя богатого мужа, который угождал бы ей во всем и обеспечивал буквально всем — так нет же: она предпочла связаться с бандой Куэйла. Может быть, ей просто нравится такая жизнь? Ну, что ж, на вкус, на цвет… Его мысли перешли от Зиллы к Куэйлу. Он не мог до конца понять, почему для дела Фоудена непременно понадобилось участие Зиллы Стивенсон. Такая работа была недостойна ее красоты и способностей, и это приводило Грили в бешенство. Он был уверен, что Куэйл использует ее красоту и обаяние, способное расшевелить и мертвого, для того, чтобы выудить у Фоудена его информацию, не заплатив ни гроша. Грили видел его насквозь. Он бросил на пол окурок сигареты, по обыкновению торчавшей у него в левом углу рта, и закурил вторую сигарету. Конечно же, можно понять и Куэйла. Фоуден кое-что разнюхал и теперь не прочь прикарманить кругленькую сумму. Но в ходе работы у Куэйла Грили уже приходилось сталкиваться с такими личностями. Все считали свои сведения чрезвычайно ценными, и у каждого в голове засела странная мысль о том, что у правительства припрятаны миллионы на оплату всяких чудиков, воображающих, что владеют важным секретом и знают о противнике нечто колоссальное. Как правило, они заблуждались, и их информация не содержала ничего впечатляющего. Но на этот раз Грили чувствовал, что дело обстоит не так просто, что Фоуден действительно располагает важной информацией. И что он, в самом деле, незаурядная личность, которая постарается, возможно, хитрее разыграть свою карту, чтобы получить как можно более высокую цену за свой пресловутый секрет. Он хитер и ловок, но куда ему до Куэйла! Куэйл был прожженным хитрецом, и Грили вполне представлял себе порядок его действий. Сначала за Фоудена примется Зилла Стивенсон. Он попадется в расставленную для него сеть, слушая болтовню Зиллы вокруг темы, затронутой Грили в разговоре в том припортовом кабачке. Фоуден считает, что она служит у человека из контрразведки. Фоуден, несомненно, захочет поточнее узнать сумму, на которую он может рассчитывать при продаже информации, и он всерьез понадеется выведать это у Зиллы. Во время свидания Зилла вынудит его сказать достаточно для того, чтобы Куэйл смог составить себе представление о том, что же Фоуден знает в действительности.