Это мысль. Если есть забор, то имеются и те, кто его охраняет. Как мне достучаться до них? По радио? Курумцы запеленгуют. Но и наши должны слышать. Не поверю, что они не шарят на частотах врага. Рискнуть? А что я теряю? Не получится – пойду на прорыв. Током меня уже било.
Включаю связь.
— Облетела листва, у природы свое обновленье.
И туманы ночами стоят и стоят над рекой.
Твои волосы, руки и плечи твои – преступленье,
Потому, что нельзя быть на свете красивой такой…
Пою. Дай бог, курумцы не догадаются. А вот наши должны. Это песня из фильма «Очаровашка», его все видели. Умолкаю.
Женский голос в наушнике:
— Кто так красиво поет?
Говорит с иронией. Голос у меня хриплый. Но это ерунда. Главное, услыхали. Вот только кто?
— Я Милашка.
— Ты где?
Не удивлены. Странно.
— А вы кто?
— Пограничная стража Сухья.
Проверим.
— Кому Милашка рассказывает истории в фильме?
Ответят правильно – наши. В Куруме этот фильм не видели.
— Бронеходчицам. Мне понравилась история про командира и подчиненную.
Наши!
— Рад слышать вас, девочки!
— И мы тебя. Ты где?
— В половине мерга передо мной проволочный забор с током. Слева на вашей стороне – холм. На его вершине – пирамида из камней.
— Какого цвета камни?
— Сейчас посмотрю… Снизу – серые, посередине – белые, потом, вроде, черные.
— Третий пункт. Иди к нему. Дорогу проложим.
— Только не стреляйте! Я в бронеходе Курума.
— Мы в курсе. Поспешай. Нас слушают.
Намек понял. Вперед! До чего же тяжело! К ногам будто привязали гири, а на плечи положили мешок. Не иду, а ковыляю.
— Милашка?
Голос другой. Отвечу.
— Я.
— Говорит третий пункт. Можешь быстрей? Наблюдаю бронеходы Курума. Движутся сюда. Скоро будут.
Спохватилась кавалерия…
— Не могу… Батареи сели… Бронеход на себе тащу…
— Брось его к Темноте!
— Это их новейшая разработка… «Агарь»… Все равно быстрей не получится.
— Милашка, миленький! Торопись!
Где мое второе дыхание? Или третье? Скорее всего, четвертое… Давай Влад, давай!..
Вот он забор. И что дальше?
— Стой там!
Стою. Холм словно вспыхивает. За броней слышен рев. Участок забора сметает словно метлой. Рельсотрон… Я видел его «работу» в кино. Снимали без нас, но на экране впечатлило. А тут видеть наяву…
— В проход! Быстро!
Ковыляю. Наконец, вписываюсь в «ворота». Еще несколько шагов…
— Милашка, быстрей!
С чего они? Я на своей территории. Или нет? Волоку опоры. Еще шагов пятьдесят… Больше не могу. Пусть меня убьют! Шваркнут молнией, раздавят бронеходом, расстреляют из рельсотрона. Я сам к вам выйду. Кнопка, дверь… Не спускаюсь, а выпадаю на сухую траву. Опираюсь, руками о землю и смотрю назад.