– Уже что-то проясняется, – сказал я, хотя на самом-то деле ничего не прояснилось. Посмотрев на Томаса, спросил: – А штаны точно с того места?
– Христом Богом клянусь! – перекрестился старик. – Если бы не штаны, так разве мы стали бы господина Александра мертвым считать? Купцы и другую одежду молодого Йоргена привезли: камзол, башмаки, еще что-то – уже и не помню. То, что в обозе осталось, – уточнил Томас. – Про оружие ничего не сказали, да мы и не спрашивали, не до того было. Купцы сказали, что эти штаны они неподалеку от тела рыцаря нашли. Мы с Курдулой и решили, что лучше их в гроб положить, а остальную одежду продать.
– Продали? – понимающе кивнул я.
– А что с ней еще делать? Камзол хороший был, почти новый. Башмаки крепкие. Я за них два гроша выручил. – Ладно, ступай, – махнул я рукой.
– Вы только фрейлейн не говорите, – попросил Томас. – Не надо девочку расстраивать лишний раз.
– Не расскажу, – пообещал я. – Только расстраиваться ей все равно придется.
Эту полночь мы поджидали вчетвером. Я звал лишь Томаса – вдруг и поможет чем-нибудь внук ведуна, но Кэйтрин уперлась, словно ослица. Проще взять, чем переспорить.
Я бодрствовал за столом, Кэйтрин и Томас – на принесенной скамеечке. Четвертый участник – Шорш, свернулся клубочком на столе, под подсвечником. На кресло для посетителей никто не претендовал.
Я пытался читать вторую часть «Золотого слона», но, прочитав строчку, переводил взгляд на кресло, потом на кота. Обнаружив, что кресло пусто, а Шорш не подает признаков беспокойства, опять утыкался в книгу, к той же строчке. Так продолжалось до боя часов, объявивших полночь, но кресло осталось пустым.
– Спать идите!
Я вздрогнул – опять этот брауни! Сонные Томас и Кэйтрин смущенно заулыбались. Они, непривычные к бдениям, задремали. Шорш, как самый умный, продолжал спать.
– Не придет он, – сообщил брауни. – Вы бы еще всех пейзан сюда привели. Дело-то это для рыцарей, а не для девок со стариками. Ну-ка, дайте котика.
Брауни ловко ухватил сонного кота под брюшко, прижал к себе и куда-то исчез.
– Все время смотрю, но никак привыкнуть не могу, – хмыкнул я. – Ну ладно домовой, а куда кот-то делся?
– Так кот, господин Артаке, он сам вроде брауни, – глубокомысленно изрек Томас.
– Сволочь он, – буркнула Кэйтрин.
– Это точно, – согласился я, подавив зевок. – Мог бы сразу предупредить, а теперь жди до следующей ночи.
– Я не про брауни, про кота, – смутилась девушка.
– А кот-то здесь при чем? – удивился я.
– Так он, зараза, фрейлейн и старуху мою исцарапал, пока они его мыли да блох вычесывали, – хохотнул Томас. – И мне перепало.