— Ну, тогда дашь мне знать, если передумаешь.
Наступает тишина.
— Ты не собираешься спросить, как я получила этот шрам? — говорю я тихо.
— Это не мое дело. Но если хочешь поделиться со мной, я весь во внимании.
Я награждаю его благодарным взглядом, больше ничего не говоря. Не люблю пересказывать истории о себе и в этом случае также не хочу ничего этого делать. Может, в другой раз, когда я наберусь храбрости. Нет, ну кто может быть храбрым за завтраком? Ужин — вот трапеза храбрости. А обед для моральной подготовки.
Мы поели, и Джей предложил подвезти меня к офису.
— Меня и автобус устраивает, — говорю я, не желая причинять ему неудобства, несмотря на то, что очень хочу поехать с ним.
Джей поднимает бровь:
— Хочешь трястись в скучном автобусе или вновь испытать чертовски сексуального зверя... мою машину?
У меня вырывается смех.
— Думаю, еще рановато испытывать сексуальных зверей.
И сама же удивляюсь своему ответу. Джей каким-то образом вытаскивает наружу мою кокетливую сторону, и, честно говоря, до этого момента я и не подозревала, что она у меня есть.
Джей подходит ближе, улыбаясь так же широко, как и я.
— Для этого никогда не рано.
Я покачиваю головой и иду за сумкой, стараясь отойти подальше от него. Он точно лишает меня покоя. Совсем лишает покоя. Но в самом лучшем смысле.
— Хорошо, тогда ты можешь подвезти меня.
— Готовься к лучшей поездке в своей жизни, Ватсон.
Должна сказать, его уверенность очень возбуждает.
— Так ты не собираешься сегодня жульничать? — спрашиваю его по дороге.
Читая прошлой ночью про блэкджек, я наткнулась на статью о подсчете карт и слегка занервничала. Представила, как какие-то страшные вышибалы тащат меня в задние комнаты казино, а там за длинными столами, считая деньги, сидит куча гастарбайтеров в одних трусах, и престарелый босс мафии угрожает мне пистолетом за попытку мошенничества.
Ну ладно, наверное, я пересмотрела фильмов про ограбления. Я даже не уверена в существовании мафиози в Ирландии, уж явно не те самые из Италии, только если китайская Триада.
Джей тихо смеется, его руки расслабляются на руле.
— Ты правда принимаешь меня за изворотливого засранца?
— Я этого не говорила! Просто у тебя такая профессия… и уверена, что ты знаешь, как подсчитывать карты.
— Решила немного заняться детективной работой, Ватсон?
— Не понимаю, о чем ты, — отвечаю, скрестив руки.
— Ты ведь пробивала меня?
Я фыркнула (малость непривлекательно).
— Не-е-ет.
— Врешь.
— Не вру.
— Еще одна ложь, — смеется он. — Вспомни про сумасшедшего дядюшку с его поведенческой наукой, Матильда. Я могу различить, когда люди говорят неправду. В большинстве случаев.