— Наверняка сестры Харпер и Фиби видели.
— Вероятно.
Она рассказала ему про визит к мисс Фиби.
— Значит, в ночь убийства Хэллем был в Неот-Хаусе, — пробормотал Джонс.
— Да, но слишком рано. К тому же мы и так уже об этом знали.
— Вы сказали, что мисс Фиби не заметила точного времени?
— Да, но я знаю, что это случилось еще до убийства, друг мой.
— Почему вы так решили?
— Теббаттс был среди преследователей.
— Какая тут связь?
— Прямая.
— Ну, бросьте! Объясните! — попросил Джонс.
Но миссис Брэдли лишь усмехнулась.
— Ладно, а что насчет Хэллема? — спросил писатель, убедившись, что на ответ рассчитывать не следует. — Вы проконсультировались с Мортмэйном?
— Да. — И миссис Брэдли принялась разглаживать свой рукав.
— Что Мортмэйн думает о викарии?
— Он пришел к выводу, что викария надо на время поместить под наблюдение врачей.
— Куда именно?
— Я предложила свою лондонскую клинику. Доктор Мортмэйн согласился, что это подходящее место.
— Значит, он не заинтересован в Хэллеме как в пациенте?
— Я бы так не сказала, друг мой. Но доктор считает, что временный отъезд из Саксон-Уолл пойдет викарию на пользу. Мистер Хэллем страдает от психологического шока.
— Еще бы, — буркнул Джонс. — Все формальности соблюдены?
— Да, друг мой.
— И Хэллем не возражает?
— Против отъезда?
— Мне казалось, он вовсе не жаждет покинуть Саксон-Уолл.
— Мы не станем спрашивать его согласия. Я предложила доктору Мортмэйну пойти на небольшой обман — вполне невинный — и не сообщать викарию о нашем решении поместить его в клинику. Потом я предложу мистеру Хэллему прокатиться на вашей машине и…
— Мне это не нравится, — пробормотал Джонс, нахмурив брови. — Ему надо сказать. В конце концов, он же не сумасшедший. По крайней мере, не всегда.
— Пожалуй, — кивнула миссис Брэдли. — Хотя кто, кроме сумасшедшего, стал бы говорить, что Долговязый парень живет в Лондоне?
— Вы это к чему?
Она рассмеялась:
— Доктор Мортмэйн еще не знает, но у меня есть свои причины желать, чтобы мистер Хэллем еще ненадолго задержался в Саксон-Уолл.
— Для чего?
— За ним охотится наш безумец. За мной и за вами тоже. Но за ним — особенно.
— Миддлтон?
— Миддлтон.
— Так вы абсолютно уверены, что убитый — не Миддл-тон?
— Да, друг мой.
— Знаете, — вздохнул Джонс, — если это не Миддлтон, то я вообще ничего не понимаю в этом убийстве.
— Очень жаль.
— Получается, что миссис Пэшен — вне подозрений?
— Вот именно.
— Миссис Флюк тоже?
— Да.
— И даже Хэллем? Впрочем, нет. Он в числе подозреваемых.
— Ничего подобного, — возразила миссис Брэдли. — Мистер Хэллем слишком рано покинул особняк, чтобы быть замешанным в убийстве.