— Как можешь ты быть так уверен? — спросила я.
Он улыбнулся.
— Такая любовь, как наша, не может быть бессмысленной, а если она так скоро окончится смертью или трагедией, то таковой и окажется. Не верю, что Богиня и Консорт так жестоки.
Прямо из ниоткуда на плечо Дойла опустился первый розовый лепесток. Второй последовал за ним, когда я заговорила:
— Простите, что на мгновенье потеряла веру. Я люблю вас обоих сильнее, чем могу выразить словами, вы мое сердце, и пока вы со мной, я не буду отчаиваться, — я снова прикоснулась к лицу Холода и заглянула в его глаза. — Богиня и Консорт так благословили меня, как смею я сдаваться?
Лепестки роз так и сыпались, как будто мы очутились внутри снежного шара, вот только вместо зимней стужи он был полон летним теплом.
— Богиня и Консорт рядом с нами, Мерри, чего не было на протяжении веков, — сказал Дойл.
— Но магия вернулась и к нашим врагам тоже, — напомнила я, снова ощутив, как в животе свернулся тугой узел. Я вдруг поняла, что боялась Тараниса, по-настоящему боялась.
Падение лепестков роз замедлилось, но аромат цветущего и благоухающего шиповника в разгаре лета стал сильнее.
— Так и было задумано, полагаю, — проговорил Дойл.
Я знала, что он прав, так отчего же меня все никак не отпустят мои страхи?
— Еще несколько дней и я окончательно поправлюсь, и тогда мы втроем сможем отпраздновать наше счастье, — сказал Холод.
— Будет ли странным сказать, как сильно я скучала по вам обоим, учитывая, что большую часть прошлого года вы спали рядом со мной? — спросила я.
— Не будет, — в унисон ответили они и так же вместе рассмеялись, мне так нравился этот удивительно глубокий, мужественный звук.
— С Шолто ты встречаешься через два дня в пляжном домике, верно? — уточнил Дойл.
— Верно.
— Значит наша очередь, — заключил Холод.
Я перевела взгляд с одного на другого и ощутила, как по телу прошла дрожь удовольствия, заставившая меня поежиться.
Дойл снова рассмеялся.
— О, не делай так больше. Мой самоконтроль не настолько хорош.
Холод сел, отстранившись от нас.
— Вы с Мерри можете заняться сексом и сейчас, и когда мы сможем быть втроем.
Дойл схватил его за запястье, удерживая рядом.
— Нет, мой друг, мы покончим с нашим воздержанием вместе.
— Вы не должны ждать меня, — возразил Холод.
— Если бы я любил только Мерри, тогда не было бы причин ждать, но я люблю вас обоих, и это стоит ожидания, — ответил Дойл с неистовым выражением лица.
Холод застенчиво улыбнулся и опустил взгляд, его серебренные волосы завесой скрыли его лицо.
— Ты заставляешь меня снова плакать, Мрак.