Да что же это такое?! Впрочем, стеснение – не самое главное чувство, которое я сейчас испытывала. Собрав остатки разума, попыталась обернуться, и снова у меня ничего не получилось. Не вышло и ударить чистой энергией, несмотря на отсутствие каких-либо амулетов. Совсем ничего!
Такого всеобъемлющего страха, от которого немеет язык, сохнет во рту и отказываются шевелиться конечности, я еще никогда не испытывала. Воображение рисовало картинки ближайшего будущего, одна страшнее другой. Культист допел и выпрямился надо мной в полный рост.
Попрощалась с жизнью, беззвучно роняя слезы. Мысли и воспоминания понеслись с бешеной скоростью, отчего-то было обидно за все то хорошее, чего со мной так и не случилось. Лишь бы только не мучил…
Внезапно что-то произошло. Культист не то спрыгнул, не то отлетел в сторону, одновременно брызнуло теплым, а на его месте сплелась огромная фигура.
Это был волк, если волком можно назвать отдаленно напоминающее очертаниями существо, сплетенное из шевелящихся, ни на миг не замирающих угольно-черных теней, на фоне которых продолговатые алые глаза без зрачков показались двумя раскаленными углями. Глухое рычание за гранью слышимости заставило зашевелиться волосы. Я думала, что страшнее, чем несколько секунд назад, мне не бывало? Кажется, ошиблась.
Чудовище не двигалось, а я не могла понять, куда оно смотрит. Вдруг огромная голова медленно приблизилась, обнюхав меня с ног до головы. Я вжалась в ледяной камень, желая с ним слиться, стать незаметной, и этот мой порыв не остался незамеченным. Существо отстранилось, не то почувствовав мои эмоции, не то по собственным соображениям.
Раздался щелчок, и одна моя рука стала свободной. Проводила взглядом мощные челюсти с зубами, больше напоминающими теневые клинки моего отца. Еще щелчок, и вторая рука освобождена, теперь я могу сесть. Негнущимися пальцами попыталась расстегнуть широкие кожаные наручи, обхватившие запястья, но из-за тугих застежек это не удалось. Мешал и крупный озноб, накатывающий волнами.
Тем временем теневая зверюга освободила мне ноги. Похоже, чудовище не желает мне зла? И тут меня осенило: теневой волк – раал’гар!
– Верд? Вердер-рион? – у меня не попадал зуб на зуб, а голос прозвучал сипло и едва слышно.
Протянутая рука попыталась коснуться вмиг насторожившегося зверя, но замерла в нерешительности. Спустя долгое мгновение раал’гар медленно улегся подле меня, словно признавая. Он был огромный, даже теперь возвышался надо мной сидящей. Я сначала осторожно, затем смелее прикоснулась к шерсти на груди, запуская пальцы глубже, и с удивлением обнаружила, что под эфемерными прядями скрывается настоящая горячая плоть. Это ощущение словно вернуло меня к жизни. Застонав, забыв о наготе, я прильнула всем телом к спасительному теплу, зарываясь лицом куда-то прямо под страшную челюсть и не обращая внимания на густой запах и забившиеся в ноздри шерстинки, поверив наконец в спасение. Но и этого было мало. Пусть и теплый, но безмолвный раал’гар меня пугал. Он мало напоминал разумного оборотника.