Зрелище было зловещим. На фоне темного неба постройки выглядели бесформенными черными массами. Во всем городе горело всего три или четыре фонаря. Обширное пространство равнины было погружено во мрак. Лишь кое-где в окнах Мартиньи различил слабый отсвет свечей. В тех местах города, откуда раздавались крики и ружейные выстрелы, красное пламя, увеличивавшееся с каждой минутой, освещало горизонт.
До Мартиньи донесся голос Бриссо, в котором слышалось нетерпение.
— Ну, что вы видите?
Виконт вместо ответа спустился в магазин.
— Смотрите сами, — глухо сказал он.
Бриссо поднялся по лестнице, когда через несколько минут он спустился, голос его дрожал.
— Пожар в немецком квартале и на Мельбурнской улице, — прошептал он. — Однако при отсутствии ветра его легко будет потушить. Опасность еще далека от нас.
— Слышали вы какой-нибудь шум около магазина?
— Нет. В этой части города спокойно.
— Тем хуже.
— Что вы говорите? Почему?
— Я говорю, что это спокойствие мне кажется подозрительным. Я полагал бы… — Мартиньи оборвал фразу на полуслове. — Черт побери, что они там делают? — закричал он.
Пока Мартиньи и Бриссо смотрели, что происходит в городе, приказчики с живостью о чем-то шептались. Потом раздался звук, похожий на звон разбившегося сосуда, и какая-то жидкость полилась на пол.
— Это я, — раздался голос Фернанда. — Боюсь, я что-то разбил. Вы запретили зажигать свет, и я ткнул ружьем… не знаю во что.
— Сейчас посмотрим, — пробурчал Мартиньи, чиркая спичкой.
Он подошел, а за ним Бриссо, к тому месту, где был испанец. В этой части магазина вдоль стены стояли на полках большие глиняные сосуды с маслом и эссенциями. Оказалось, что Фернанд попал ружьем в два таких сосуда и разбил их. Жидкость текла по товарам, лежавшим внизу, и крупными каплями падала на пол.
— Вы заплатите за убыток, — сердито сказал Бриссо. — Что вы искали здесь?
— Боже мой, хозяин, — ответил Фернанд в замешательстве, — я просто поскользнулся и из предосторожности приподнял ружье. Дуло наткнулось на эти проклятые сосуды и…
— Мы поправим завтра эту беду, — перебил его Мартиньи. — Пожалуйста, мсье Бриссо, посмотрите, что происходит в городе.
Бриссо поспешил к лестнице. Виконт, задув свечу, схватил Фернанда за руку и сжал ее, как в тисках.
— Итак, — прошептал он, наклонившись к его уху, — с той стороны начнется пожар? Конечно, товары будут гореть лучше, когда пропитаются маслом, не так ли?
Испанец тщетно старался высвободиться.
— Я вас не понимаю… Выпустите меня… Вы сломаете мне руку!
— Предупреждаю: я убью тебя как собаку, если увижу новое доказательство измены!