С этими словами она ухватила Костю за руку и потащила ко входу в садик. Сын недоуменно смотрел то на маму, то на меня. У садика он помахал мне рукой. Я улыбнулся и помахал в ответ. А сам остался дожидаться Оксану у дверей, не хватало еще устраивать итальянские разборки при воспитательнице, нянечке и детях.
Когда я увидел ее на пороге — напряженную, рассерженную, с насупленными бровями и злым ртом, — все равно залюбовался: красота Оксаны, подчеркнутая загаром, ничуть не страдала от ее дурного расположения духа.
— Оксана, послушай ты меня, я там по работе был, у них в филиале куча проблем! — Надо продолжать отпираться, другой тактики в моем положении нет.
— Конечно, будут проблемы, когда у тебя одна похоть в голове! — громко заявила Оксана, вызвав интерес вахтера садика, которой отвлекся от своих дел и уставился на нас.
Я взмолился, покосившись на вахтера:
— Давай только здесь не шуметь, пойдем в кафе и спокойно все обсудим.
— У меня нет времени! Только разве что на пару минут, — неожиданно согласилась Оксана.
Мы подошли к машине, забрались на заднее сиденье, Саша приветственно заулыбался:
— Вот хорошо, что вы приехали, у нас тут такое делается!
Оксана повернулась ко мне:
— Что еще, Марк, у тебя? Что случилось? — Вроде встревожена, поняла, что тут серьезная история закрутилась.
— Да Алик в Днепропетровске напортачил, — ответил, а сам не могу оторвать взгляд от высокой груди, обтянутой футболкой. — И в банке маски-шоу!
Спасибо Саше, тему моих похождений удачно затмила тема наезда на банк. Спустя пару минут мы уселись за столик в кафе «Желток».
— Я так нервничал из-за тебя! Почему ты не сказала, что улетаешь?
— Нервничал? Из-за меня? Но ведь это тебе не помешало по бабам там бегать! Я все знаю, больше, чем ты думаешь!
— Послушай, я люблю тебя и только тебя! — Обычно признание срабатывало, но не сейчас. Оксана лишь гневно махнула рукой:
— Замолчи! Любишь и за каждой симпатичной юбкой волочишься?!
— Да я только о тебе думал! Я даже видел тебя!
— Где ты меня видел?
— Ты приехала на машине в бутик на Леси Украинки. Припарковалась… — Я подробно описал, где Оксана оставила машину, что на ней было надето, какая сумка в руках.
Она побагровела от возмущения, что с ней случалось крайне редко:
— Так ты следил за мной?! Или нанял кого-то?
— Нет же! Хотя следовало! — Вот как ей объяснить, что я увидел все это во сне после рюмки наливки деда Луки?
— А как же ты узнал?
— Приснилось. Представляешь? — Что-то в моем голосе убедило Оксану, что я не вру. Она недоверчиво протянула:
— Надо же…
Я понял, что она ничего не помнит из того сна, не помнит, как кричала на меня, пока я парил вверху над шумной улицей, словно на полотнах Шагала. Получается, помнит видение только тот, кто выпил магическое зелье.