театре.
Я улыбнулась, когда увидела, как Шелдон колотил в дверь
Пенни. Мои пальцы барабанили по подлокотнику дивана, мои губы
изогнулись в полуулыбке, а глаза скользнули к Блейку. Даже со
смехом в ситкоме в комнате, казалось, стояла гробовая тишина.
Прикусив нижнюю губу, я посмотрела на ручку, лежащую рядом с
блокнотом прямо передо мной. Склонив голову на бок, постаралась
сосредоточиться на том, что Пи нарисовала на бумаге. Я
остановилась на жирафе с четырьмя детенышами. Подождите. Нет.
Это была львица. Зельда и ее львята, я была в этом уверена. Я
наклонилась и взяла ручку, затем повернулась посмотреть, пошевелился ли Блейк. Он даже не шелохнулся. Он был вымотан.
Одна прямая линия тянулась вниз по внутренней стороне моего
предплечья. Не знаю, что изменилось, почему я сделала это.
Сначала всегда было перо. Всегда. Я не думала о своей
ослабевающей, умирающей матери, ни разу. Мои мысли вернулись к
моей молодой, энергичной маме. Я увидела нас двоих, хихикающих
у рояля, она повернулась и улыбнулась мне, а я улыбнулась ей в
ответ. Только это была не я, это была Дженни. Моя мама любила ее, как я люблю Пи. Почему это дошло до меня именно в этот момент —
тайна моего пера. Сара говорила мне, что моя мама спасла ее
семью; я была уверена на сто процентов, что моя мама вызвала
пробуждение в семье Холденов. Я действительно верю, если бы она
не появилась в их жизнях на несколько коротких недель, Дженни
продолжали бы растить няньки.
— Господи, Макайла, это просто восхитительно, — тихо сказал
Блейк.
Мой взгляд метнулся к его глазам, затем обратно к
великолепному творению на моей руке; впечатляющая сосна
наклонилась вправо. Эта деталь была смешной; как будто дерево
позировало. Заштрихованный каскад лунного света создавал
величественную тень с правой стороны. В черном цвете, который
был единственным цветом, этот рисунок выглядел темным и
таинственным.
— Ты уснул на мне, — улыбнулась я, смущенно прикрыв свою
руку другой рукой.
— Я наблюдал за тобой долгое время. О чем ты думала? —
спросил Блейк, потянувшись к моей руке. Я взяла его руку, и он
потянул меня к себе. Мне пришлось неловко передвинуть его ноги, чтобы добраться до него, мое тело приземлилось наполовину на
него, наполовину с боку. Я положила свою ногу ему на талию, чтобы
удержаться от падения. — Расскажи мне.
— На самом деле, я ни о чем таком не думала.