А свэйский же кронинг, приняв у себя тех самых людей, что видел Годомир ранее в Руническом море, изрёк:
— Вот, мечтал прибрать к рукам своим я земли хладские, но что сталось с ними теперь? Их кронинг жалок; забился в нору, как чёртов крот. Их земли поражены; если что и растёт, так это сизый корень, который есть поганый сорняк. Их люд бедствует, и некому в поле косить траву, ибо многих мужей убила война. За пятнадцать лет не только ничего не изменилось, но стало много хуже. Нужна ли нам такая бесплодная земля? Нужны ли нам опустошённые горем, пустые внутри люди, которым всё равно, живут ли они, или существуют? Впавшие щёки, усталые глаза — этого ли хотели мы для себя? Да, они наши братья по крови, но кто сказал, что мир не жесток? Не будем порабощать их, но и помогать не станем. Поищем же себе другой сырьевой придаток; более богатый ресурсами.
Глава VIII. Годомир Лютояр
И озлобился Годомир после смерти друида, и отправился на север. И дойдя, увидел он Хладь в самом неприглядном свете, потому что поросла вся земля сизым корнем. И никто его не полол, ибо полоть было некому — ещё со времён номадинского вторжения попрятались все по своим избам и сидели тихо. И бродили там по ночам упыри да вурдалаки, заглядывая в окна.
И был среди этой нежити тот, кто заметно выделялся, потому что был это живой человек. Никто не знал ни его имени, ни где он живёт, но боялись, страшились все. Днём он не показывался, но ночью, когда все прочие спят, шёл этот человек на погост, и зарывался в землю, не снимая своих одежд; оттого выглядел, точно труп из склепа, ибо бледным до невыносимости становилось его лице от могильной почвы. И прозвали его некромантом, потому что владел этот человек некой чертовщиной, а именно — поздним вечером, во время своей «охоты», мог подойти он к своей очередной жертве и запросто загипнотизировать, вызнать необходимое, а затем вынуть душу. И собирал некромант души в грёбаный мешок, потому что так уж ему хотелось. Ещё человек этот призывал к себе вранов, которые садились ему на голову и плечи, зловеще каркая. И несло от него мертвечиной, хотя был некромант живее всех живых и даже юн; и взял себе в привычку пробираться на скотобойню мясника и вдыхать запах мёртвых животных.
Годомир же проник в белокаменные полати, всеми заброшенные и никем не охраняемые. И не осталось от былого величия Златограда ничего. Даже золотой петушок над главным теремом весь как-то съёжился и потускнел. И поклялся Годомир отстроить заново опустевший, обезлюдевший город ста золотых ворот, а рати вражьей — отомстить жестоко и сурово.