Чарити почти не сомневалась, что в этом утверждении есть доля шутки. Да вот только ее затуманенным мозгам ее не вычислить.
* * *
Двумя часами позднее, съев банановый сплит, Чарити вернулась домой. Настал вечер. Переливающийся всеми красками сад обычно заставлял ее улыбнуться, постоять и мысленно поблагодарить Далтона за работу, но только не сегодня. Сегодня до нее в полной мере дошло, что значит быть «контуженной». Она слышала о солдате, который на несколько часов лишился слуха, после того как рядом взорвался минометный снаряд. Должно быть, на это время мир стал для него пугающе безмолвным.
Если кто-нибудь в здравом уме увидит, как дрожит от страха новоиспеченная миллионерша, то рассмеется ей в лицо и скажет – кончай ныть, возьми себя в руки! Однако все детство она видела, как мать гоняется за богатством и стремится достичь успеха. И пусть это совершенно разные понятия, но в мире матери они означали одно и то же. А много ли взяла Чарити Монро Бакстер от Эллен Мари Бакстер? Теперь мать ожесточена – все еще красива, тем не менее живет на деньги мужа, вместо того чтобы осуществить заветную мечту – самой строить свою жизнь и рулить миром.
Чарити слушала ровное дыхание моря. Луна с высоты роняла в воду битое стекло, создавая призрачные образы необыкновенной красоты. На небе зажглись звезды. Раньше она грезила: там, в мерцающем лунном свете, танцуют феи.
Чарити услышала позади шум и подпрыгнула от неожиданности.
Слева от нее покачивалась плакучая ива, будто хотела вырваться из земли и подойти к Чарити. Вот найдут ее утром погребенной под ветвями и скажут – все под Богом ходим. Но Чарити знала – Бог не убивает людей. Людей убивает зло, а это дерево и есть воплощение зла. Оно забирает жизнь. Крадет ее.
Чарити повернулась к дому и тут увидела бегущую через сад фигуру. Как при замедленной съемке, за первой фигурой последовала вторая. Вторая – более высокая и крепкая – нагоняла первую.
– А ну, стой! – донесся голос Далтона. И тут вторая фигура схватила первую. Раздались звуки борьбы и другой голос, более высокий, женский. Девичий.
Чарити приблизилась к извивающемуся клубку рук и ног.
– Далтон! Это девушка!
Он рывком поставил девушку на ноги. Ее глаза были увеличены от страха, но полны решимости.
– Что происходит? – Чарити сама поразилась властности своего голоса.
Девушка попыталась освободиться, длинные волосы взвились над головой, но Далтон удерживал ее мертвой хваткой.
– Этот урод набросился на меня! Звоните копам.