— С чего вдруг такая торопливость?
— Промахнулись они по-первой. Не думали, что Умка так быстро на Аршака выйдет после смерти Саакянца и снова связи с армянами наладит. Пришлось убирать не покупателя, а продавца. Но глупо гасить продавца, если нет на замену своего парня. Придёт очередной узкоглазик, опять с армянами будет в дёсны коцаться. Значит, нужно подходящего подготовить, а это слёту фиг получится.
— Своего парня на замену? После Нануки остался Тунбак…
— Хорошо соображаешь, — похвалил Юша.
— Выходит, Тунбак…
— Не суетись под клиентом. За каждое слово отвечать надо. Скоро всё узнаем. Как говорится, гости съезжались на дачу. Исполнителя мы уже видели, людоед прискакал… Два кислых друга — *** да уксус. Теперь надо остальных выскрести. Так что сегодня, Санёк, ты немножко не при делах.
— Вы сказали, мы исполнителя видели. Я что, тоже видел?
Дядя Толя вздохнул:
— Шурик, есть люди, которые смотрят, а есть, которые видят. Шлёпай без горя, инфузорий в мелкоскоп разглядывай. Свободен на сегодня.
В другое время после таких слов я почувствовал бы облегчение. Но в этот раз как будто увлекательное кино прервали на самом интересном месте. Однако с Юшей спорить — себе дороже. И я потопал к инфузориям.
Чапа, Ленка, Чипполино
и "Белый лебедь" без пруда
На самом деле потопал я вовсе не к инфузориям, а к Ленке. Хотя вы же не знаете, кто такая Ленка…
Придётся начать издалека. Как только я стал общаться с Юшей, жизнь моя изменилась. Сперва не особо — по мелочи. Выражения подхватывал, словечки, потом жесты, манеру держаться. Не нарочно, само по себе получалось. Бегал за Юшей хвостиком, научился понемногу откусываться, огрызаться, парой слов ставить народ на место. Однажды даже — директора Гликмана. Правда, Семён Исаевич, сука, сразу побежал жаловаться шкиперу, и я получил положняковый подзатыльник.
Я стал иначе одеваться (Юша помог), коротко стричься, уверенность появилась. Раньше во дворе меня считали за амёбу, каждый мог приколоться, послать подальше. А сейчас… Началось с того, что я опустил ниже плинтуса местного заводилу Чапу.
— Эй, голубь, лети сюда! — окликнул меня Чапа, окружённый стаей таких же ушлёпков.
— А ты видать, орёл, — подойдя, чуть срывающимся голосом буркнул я.
— Оборзел, фофан?! Рядом с тобой уж конечно орёл!
— Только который не летает, а хер глотает, — выпалил я неожиданно — даже для самого себя.
Пацаны сперва охренели от такой наглости, а потом грохнули в голос. Чапа схватил меня за грудки. Он здоровее, на товарной станции подрабатывает. Эти уроды уверены, что против таких захватов "студентам" делать нечего. Но я уже не тот "студент". Одновременно удары по сгибам рук и сразу же обратной стороной кулаков — по глазам. Детина воет и отпускает захват, а ты хватаешь зверское ухо и резко дёргаешь вниз. Говорят, можно даже оторвать. Всё произошло так быстро, что гопота даже не вякнула. Шкиперская школа. И я спокойно отправился домой. В другой раз пришлось продемонстрировать клоунам нож-выкидуху и звериный оскал. На год-другой уважуха обеспечена.