– Что, не признала… ведьма липовая? – каким-то замогильным голосом спросил нежданный посетитель.
Мадам Ряполова была дамой не робкого десятка, да и трудно ожидать иного при роде её занятий, но в этот момент почувствовала, что ноги её ослабели, а по спине пробежала предательская дрожь. Всё же сдаваться сразу старая аферистка не стала и попыталась дать отпор.
– Я… я сейчас, полицию… я в суд… я на тебя порчу напущу! – нашлась, наконец, она и вперила в незнакомца грозный взгляд, но тот в ответ лишь издевательски расхохотался.
– Я седьмой сын седьмого сына, рожденный в рубашке! – заявил он. – Мне твое проклятие – тьфу!
– Да кто же вы такой?
– Посланец!
– Ка-какой ещё посланец?
– Не знаешь? – голос таинственного посетителя стал насмешливым. – Того, чьим именем ты прикрываешься, лахудра старая!
– Господи Иисусе, да что же это…
– Не поминай имени Распятого, дура! – внезапно вызверился на неё молодой человек. – И не рассчитывай на его помощь, он таким, как ты, не помогает!
– А!!! – попробовала завизжать гадалка и опрометью кинулась к двери, но не успела потому, что человек, назвавший себя Посланцем, мгновенно настиг её и, неожиданно ожег шею чем-то непонятным, отчего ноги женщины сразу подкосились, дыхание перехватило, и она кулем опустилась на пол.
Если бы мадам Ряполова имела раньше дело с электричеством, то, возможно, догадалась бы, что её ударило током, но, увы, старая аферистка и слов-то таких не знала. Тем временем, молодой человек, полюбовавшись делом своих рук, поднял жертву с пола и перетащил на стоящую подле оттоманку. Затем, убедившись что она ещё жива, похлопал по щекам, приводя в чувство.
– Не кричи! – внушительно приказал он очнувшейся гадалке.
– Охти мне, убил, проклятущий, – захныкала та вполголоса. – На что я тебе? Отпусти душу на покаяние…
– Откуда у тебя душа, ведьма?
– Не убивай, а? Всё отдам – деньги, расписки; золотишка немного есть, только не убивай!
– Да ты за кого меня принимаешь? Мне Хозяин такую силу даёт, что твои гроши – тлен просто!
– Так что же тебе надо от меня?
– Ты от соседки своей – Анны, – что хочешь?
– От этой дуры? Да ничего!
– Не смей врать мне!
– Да, правда, ничего! Ну, разве что хотела с кавалерами денежными свести. И ей полегче было бы, и мне на старости лет копейка.
– В «Веселый дом», что ли?
– Да где там! Старовата она для веселого дома, но на лицо и фигурку ещё ничего – годится. И в обществе себя вести умеет. Есть господа небедные, которым по публичным домам не с руки ходить, а любовного марьяжу ещё желательно. Опять же, если к веселой вдове захаживать – это одно, а к портнихе на примерку – совсем другое. Опять же, мается баба – без мужика да в бедности, а…