Махмуд опять легонько потряс мальчика за плечи.
— Вели!.. Сынок!.. Просыпайся!
— Дай хоть еще немножко поспать! — чуть не плача попросил Вели. — Хоть минутку!
— Опоздаем мы, сынок.
Вели наконец сел, посмотрел вокруг невидящими, пустыми глазами и снова плюхнулся на подушку.
— Детка, родной мой, пора идти. В поле поспишь, — целуя сына, умолял Махмуд. — Еще несколько дней потерпи, стисни зубы, а там отоспишься досыта. Пусть руки у меня отсохнут, если буду тебя тогда будить! А сейчас… Если мы опоздаем… Сам подумай: что с нами будет? — Он нежно погладил сына по голове.
Начинался день. Новый день. Горланили петухи. Махмуд стал одеваться. Было прохладно, пахло росой.
— Вели!
— Еще немножко, папа, вот столечко.
— Ради всего святого, Вели, — жалобно просил Махмуд, обнимая сына. — Сборщики колосьев уже ушли. Скоро пойдут и скирдовальщики. Когда же мы с тобой доберемся до поля? Я ведь калека, еле двигаюсь. Подумай, что будет с нами зимой? Отец тебя любит, сынок, очень любит. Каких я тебе повозок и волов налеплю из глины! А хочешь, из дерева вырежу?
Махмуд покрывал поцелуями лицо, глаза, волосы сына.
— Спроси меня, Вели, хочется мне тебя будить? Не хочется! Ох как не хочется! Сердце разрывается на части, но что поделаешь, сынок?
Всхлипывая, Вели открыл глаза и, совсем как взрослый, сказал:
— Лучше бы аллах прибрал мою душу! Я б хоть не мучился.
— Потерпи, Вели. Через несколько дней закончится перевозка снопов, и нам уже нечего будет собирать в поле. Тогда и отоспишься. А я тебе игрушечную повозку смастерю.
Махмуд одел ребенка, умыл его. Проснувшаяся от шума Азиме смотрела на них из-за полога.
Когда они вышли из дому, темнота понемногу стала рассеиваться. Небо светлело, отчетливее виднелись поля. По дороге Махмуд мечтал о том, чтобы снова приехал Сырры и разрешил им рвать колосья. Вели сонный, с закрытыми глазами плелся за отцом.
Звяканье жести, звон колокольчиков, гул земли… Махмуд оглянулся. Невыспавшиеся батраки тянули за собой своих мулов, волокуши и усталость, которая так и не прошла за короткую ночь.
— Что это вы сегодня запаздываете, дядя Махмуд? — спросил, подходя, Халиль.
— Вели моему нездоровится.
— А что с ним?
— Не знаю. Просто нездоровится.
— Что с тобой, Вели?
Вели, надув щеки, посмотрел на Халиля. Рядом ехал верхом на муле Ремзи. Халиль поднял Вели и усадил его позади Ремзи. Мальчики посмотрели друг на друга и рассмеялись.
Батраки, обгоняя Махмуда, здоровались с ним и спешили дальше. Мимо проходили, засунув руки в карманы, заспанные мальчишки и девчонки. Лениво плетущиеся мулы тоже оставляли Махмуда позади.