— Ты уходишь. Куда?
— Я…я должна уйти, Нарлитар, — слова даются с трудом.
Он говорил, что любит меня. И если любит, то должен понять. Но можно ли сравнивать любовь в общеизвестном понимании с любовью этого человека? Я не знаю.
— Мне казалось, все кончилось, Ванесса. Кто из нас обидел тебя? Дар? Я?
— Вы…вы меня не обижали.
Я глубоко вздыхаю и решаюсь. Смотрю в эти глаза, а слезы все-таки выливаются и бегут по щекам. Нарлитар пугается, я вижу это. И надежда вспыхивает ярким огнем. Отпустит.
— Я должна уйти, Нар, — голос срывается. — Это убивает меня. Разрушает. Я не хочу больше, понимаешь?
— Нет, не понимаю.
Или не отпустит. Они сказали в первую ночь, что если понадобится, возьмут меня силой. Понадобится ли возвращать меня силой? Нет.
— Это не для меня. Эта жизнь, эти отношения. Они убивают мою душу. Медленно разрушают до основания, оставляя лишь какой-то огрызочек Ванессы, к которому я испытываю отвращение. Нет, Нар, не перебивай и не пытайся меня переубедить! Я знаю, что чувствую, мне не просто далось это решение. Я слишком слабая для такой жизни, я хочу уйти.
— Мы сделали тебе больно? Плохо?
Он не понимает.
— Нет. С вами хорошо. Ночью. Очень хорошо. Но потом, на утро, я просыпаюсь и чувствую себя грязной. Я по несколько часов стою в душе и пытаюсь стереть все следы. Каждый раз. Это невыносимо. Я чувствую, что схожу с ума. Ванессы уже почти нет, есть какая-то кукла, которая годится лишь на проведение ночей. А я хочу быть человеком, понимаешь? Я не хочу остаться пустой.
— Ты должна была сказать.
— Что сказать?! — я прерываюсь на короткое рыдание. — Что я должна была сказать?! Вы же не дали мне выбора! Вы сказали, что изнасилуете, если не соглашусь! К тому же, я пыталась. Тогда, у тебя в кабинете, но ты же не стал слушать! Ты лучше знаешь, что мне надо!
— Ты хотела этого. Мы бы никогда не выбрали тебя, если бы не видели твоего желания.
Он ничего не понимает. И мне действительно страшно. Наверное, я все-таки люблю Нарлитара.
— Я не могла сопротивляться. Это ты называешь желанием? Или то, что мне было с вами хорошо? Да я и не спорю. Но знаешь, если физическое удовольствие приносит душевную боль, я предпочту душу.
— Ванесса, ты не можешь уйти, — говорит Нарлитар.
И я отступаю на шаг. Он бледнеет. Да, я его боюсь. И не могу даже допустить мысли о том, чтобы еще раз он ко мне прикоснулся.
— Да пойми ты! Мне плохо, Нар! — кричу я, не заботясь о том, услышит меня кто-нибудь, или нет. — Я не могу больше! Не трогай меня, ну, пожалуйста!
Я под конец уже шепчу, прячу лицо в ладонях и отшатываюсь, когда он пытается подойти ближе.