С другой стороны, от одной только мысли, что ей придется выйти из дома, ее охватывала паника. Самая настоящая, с мокрыми ладонями и затрудненным дыханием. Но может быть, ей стоит тренироваться? Хоть иногда, хоть с таким же хорошо знакомым человеком, как и Лео? Если выпить две таблетки, может быть, у нее получится?
— Хорошо, — она кивнула, — давай попробуем. Только, пожалуйста, пообещай мне, что отвезешь меня домой сразу, как я скажу.
Марк улыбнулся.
— Конечно, обещаю.
Рита представляла, в каком раздражении сейчас может находиться Марк, если ему пришлось заново перерисовывать одну из обложек, которые он и так выносил с трудом, поэтому после того, как закончила дела, позвонила не ему, а его матери. О том, что Соня у них, сообщила ей Елизавета Дмитриевна. Она же сказала, что у Марка какие-то проблемы с обложками, поэтому она забрала девочку к себе.
Поставив последнюю печать, Рита вышла из поликлиники и направилась к парковке, где оставила машину. Завтра ей нужно будет забрать результаты анализов и получить окончательный допуск к работе. Рита не относилась к любителям все оставлять на последний день, предпочитала подготовить необходимое заранее, если была такая возможность, но сначала ожидание семейного Рождества, а потом вся эта ситуация со странной девушкой, охотящейся то ли за ней, то ли за ее даром, совсем выбили ее из колеи.
Медосмотр, конечно же, не нашел в ней ничего необычного. Разве могут анализ крови и тонометр обнаружить в организме человека целительский дар? Рита в очередной раз задумалась о том, что обычные медицинские обследования, даже самые тщательные, не могут найти чего-то важного и в организме Сони. Чего-то, из-за чего она не разговаривает. В последнее время ей удавалось не думать об этом, но сейчас опасения снова поднялись наверх из тех глубин, куда она затолкала их с таким трудом. Что если это из-за нее Соня такая? Что если она в этом виновата? Она и ее чертов дар, который ей не нужен, о котором она не просила.
Бабушка однажды сказала, что у всех в их семье есть дар лечить даже самые опасные и запущенные болезни, но почти всегда к этому дару добавляется что-то еще. Вера Никифоровна могла видеть чужие болезни, ее сын — отец Риты — не только видеть, но и предсказывать их течение, сама Рита пошла дальше всех: она могла возвращать к жизни мертвых. Может быть, это и есть потолок? И Соне уже просто не в чем ее превзойти? Рита всегда с определенным интересом ждала, в чем же проявится дар Сони, но теперь, когда Марк выяснил, что дара у нее нет, задумалась: может быть, пришел час расплаты целого рода за дарованные ему способности?