Только одно: перед ними двое сумасшедших.
Никто не стал проверять, существовал ли в давние времена галеон «Кameleopard», участвовал ли он в Данцигском сражении, внесены ли были в судовую роль моряки с такими именами… Чиновников гораздо больше интересовала война другая, сотрясавшая в тот год южные провинции Шведского королевства.
Ну а россказни неграмотных крестьян и рыбаков о необычном виде корабля никто даже не приобщил к делу. Лишь пастор составил пятнадцать лет спустя, незадолго до смерти, памятную записку о странном происшествии.
Захваченных моряков отправили в Стокгольм, дабы медики и другие ученые люди из королевского университета вынесли окончательный вердикт.
Доставили арестантов в столицу или нет, неизвестно. Они могли сбежать в дороге по примеру своего третьего товарища, могли умереть от свирепствовавшей в тот год холеры… По крайней мере никаких следов истории Нильсона и Юхансона в архивах университета не обнаружилось.
* * *
Слухи, бродившие между прибрежными жителями, с годами превратились в легенды, имевшие мало общего с действительностью, а затем происшествие и вовсе изгладилась из народной памяти.
Но копия дела Юхансона и Нильсона так и пылилась на дальней полке архива в Каппельскере. Там ветхую папку обнаружил в 1879 году некий Карл-Адольф Линд, житель Стокгольма смешанного шведско-немецкого происхождения. Унаследовав от родителей приличное состояние, Карл-Адольф решил посвятить жизнь изящным искусствам, в первую очередь литературе. Собирая материалы для своего дебютного романа, он случайно натолкнулся на старую историю и весьма ей заинтересовался.
Прежние задумки были отложены, а Линд провел самое настоящее историческое расследование. Перерыл военно-морские архивы и убедился: да, моряки с такими именами числились в экипаже «Жирафа». Раскопал и скопировал мемуар пастора, хранившийся в частном собрании. Перелопатил множество источников и нашел-таки девять упоминаний о появлениях «Жирафа» в разные годы и в различных уголках Балтийского моря.
К сожалению, весь собранный богатый материал Линд использовал для написания не монографии, а художественной книги. Романа, где история «Жирафа» служила лишь фоном для истории другой, любовной, причем герой – таинственный капитан галеона – был старше своей возлюбленной почти на два века…
Насколько Линд был талантлив и удачлив в роли исследователя, настолько же оказался бездарен как писатель. Роман, изданный на средства автора, ни малейшего успеха не имел и никогда не переиздавался.
Разочарованный Карл-Адольф забросил собственное творчество и занялся собиранием фольклора Южной Швеции, успел издать два сборника народных песен, после чего скончался от туберкулеза на сорок втором году жизни.