— Он действительно хотел, чтобы я бежала с ним, но я отказалась, — я невольно опустила глаза при воспоминании о нашей последней встрече. — Он сжёг оба паспорта в камине.
— Что ж. Я сделаю вид, что верю в вашу историю. Так куда он поехал после этого?
— Не знаю. В Австрию, я полагаю.
— Австрия — большая страна. Куда именно в Австрию?
— Говорю же, не знаю. Он мне не сказал.
— Вы мне лжёте.
— Да нет же!
— Лжёте, я же вижу. Где он? — американец поднялся со стула, угрожающе уперевшись обоими кулаками в стол.
Я невольно сглотнула.
— Я правда не знаю.
— Ещё раз вы мне скажите «не знаю», и я вас в тюрьму брошу за помощь в сокрытии одного из главных военных преступников. Где он?! — заорал он, ударяя кулаком по столу. От неожиданности я подпрыгнула на своём стуле и инстинктивно подалась назад, подальше от него.
— Клянусь вам, он мне ничего не сказал… Он может быть где угодно, может даже, в Южной Америке уже…
— Он не покидал территории Австрии; это нам известно наверняка. Где он?
— Может… — Я замолчала на секунду, судорожно обдумывая свою незавидную ситуацию. Я почему-то была более чем уверена, что угроза сержанта бросить меня в тюрьму с остальными военными преступниками была отнюдь не пустой, но в то же время не хотела выдавать ему возможного местонахождения Эрнста. — Может в Вене?
— Нет, там его нет. Попробуйте ещё раз.
«Да он прямо как наше гестапо!» — подумала я. Тяжёлое дыхание агента ОСС и его поджатые губы мне совсем не помогали сосредоточиться, только хотелось сильнее втянуть голову в плечи.
— Может, он решил остаться со своей семьёй? — нерешительно предположила я, уже заранее ожидая очередного окрика.
— Где его семья?
— В Линце.
Я нарочно ничего не сказала о недавно наспех сооружённом австрийском бункере фюрера, которым никто так и не воспользовался, но куда, вполне возможно, и поехал Эрнст сразу после того, как покинул мой дом в тот день. Его задачей было поддерживать связь между двумя странами, командовать из этой новой ставки оставшимися южными армиями и, в случае если союзные армии приблизятся к Альпам, уничтожить всю бесценную коллекцию для будущего музея фюрера. Всю эту информацию я нарочно решила держать при себе, чтобы дать Эрнсту один последний шанс избежать охоты, учинённой ОСС. Я слишком хорошо знала, что добром это всё для него явно не кончится.
— В Линце, — повторил за мной американец с задумчивым видом. — Это вполне возможно; в этом регионе его в последний раз и видели, так что может вы и правы.
— Вы всё равно только напрасно теряете время. Он никогда не сдастся вам живым, — бросила я чисто из вредности.