— Ну, Тайная Канцелярия занимается всяким таким… разным, — туманно выдал он.
— А поподробнее?
— Заговоры, интриги, преступления против короны… Полиция не может потребовать обыска в доме рина, но для Тайной Канцелярии открыты все двери.
— Прям как эта. — Я указала на дверь, из-за которой доносилась музыка.
Оуэн кивнул и прислушался.
— О, они достали кристалл с музыкой Вифрама!
— Это хорошо? — уточнила я.
— Я люблю Вифрама. — Лицо Оуэна осветила улыбка, но ненадолго. Он коснулся ручки и, перешагнув порог, шепотом добавил: — Забыл сказать. Про Эйверли ходят неприятные слухи, будто бы он самолично допрашивает преступников в королевских пыточных.
Я, перешагнув порог вслед за Оуэном, едва не споткнулась на ровном месте. Действительно, какой малозначительный факт биографии!
— И это правда?
Оуэн замялся.
— Нет, не думаю.
— Не думаешь или точно знаешь, что нет?
Наш увлекательный разговор прервал мелодичный перезвон. Я подняла голову. На двери висела гроздь серебряных колокольчиков. Я успела лишь мельком оценить обстановку прихожей, извещающую о достатке ее владельца, как к нам вышел Оливер.
— Ариана, вы все-таки навестили меня! Рад вас видеть, рин Оуэн.
Последнее он добавил поспешно, словно спохватившись. Я отметила это той частью мозга, которую не затянула розовая дымка с ароматом ванили.
— Мой вечер оказался свободен, — несколько напыщенно ответил Оуэн.
— Чудесно! — Оливер снова пустил в ход запрещенное оружие — свою ослепительную улыбку. Я невольно вцепилась в плечо Оуэна. В ногах появилась подозрительная слабость. — Прошу, проходите! Я сейчас вас представлю.
Он чуть поклонился и предложил мне раскрытую ладонь.
— Ты чего? — драматичным шепотом спросил Оуэн и поморщился. — Больно же! Отпусти.
— Ничего, — сквозь зубы сказала я и вымученно улыбнулась Оливеру, принимая его руку. — Благодарю вас.
Его ладонь оказалась сухой и теплой. И все равно этого явно недостаточно, чтобы вызвать такое томление внизу живота. Алло, тело, ты вообще меня слышишь?
— Вино или шампанское?
Что-нибудь прочищающее мозги, пожалуйста.
— Ариана?
Оливер обернулся и посмотрел на меня с легким беспокойством. Сердце учащенно забилось. Гормоны затянули на манер цыганочки: «За него я выйду замуж, хоть родная мать убей!»
Господи! Похоже, мне поможет только пуля в висок…
— М-м-м…
Оливер, устав ждать моего ответа, подхватил с подноса бокал с шампанским.
— Я угадал? — мягко спросил он.
Вообще-то нет, но язык все равно меня не слушался. Я с мрачной улыбкой кивнула и взяла фужер. Кажется, эта болезнь под названием влюбленность прогрессирует. В прошлый раз все было не так плохо.