Заложив руки за пояс, Уилл прислонился к деревянному забору, чтобы отдышаться:
– Знаешь, я уже говорил Ханне, что не стану в это ввязываться, но, будь мы сейчас в колледже, ты увидел бы ситуацию такой, какая она есть: замечательный отпуск в кругу семьи и новых друзей, одна из которых к тому же без пары и такая горячая, что аж дымится.
Я скосил глаза, уставившись на дорогу.
– Да. Наверное, ты прав. Хотя хотелось бы думать, что я сейчас куда умнее, чем во времена колледжа.
– Ну не знаю, – Уилл пнул камень возле его ноги. – Что конкретно тебя беспокоит?
Я засмеялся.
– Не слишком ли серьезный вопрос для половины восьмого утра?
Уилл посмотрел на меня.
– Да неужели? Я ни разу не замечал у тебя экзистенциальных метаний. Даже после Бекки. Тогда ты пару раз напился на выходных, а потом вернулся на работу и у же никогда не останавливался. То есть это что, оно? Ты уже решил, что это все, чего ты хочешь?
При словах о Бекки мне будто ткнули в грудь раскаленной кочергой. В последнее время это происходит слишком часто.
– Я…
– Я все еще жду, что ты приведешь кого-нибудь к нам на ужин, – перебил меня он. – Пока жил в Нью-Йорке, думал, что не был знаком ни с к ем из твоих подружек из-за расстояния. А теперь, когда я живу тут… сколько уже? Два года? Я видел только ту твою подружку, с которой у вас платонические отношения и еще секс иногда, и с кажу тебе правду, Дженс: тут я солидарен с Ханной. Она не интересней столовой ложки.
В ответ я недоверчиво хохотнул.
– Ты сам только и болтал, что мне надо завести кого-нибудь для секса!
Уилл согласно кивнул:
– Ладно, ты прав. Замяли. Если ты готов так жить всегда, то о’кей. Тогда почему ты так дергаешься из-за нашей поездки? Ты не можешь одновременно уверять меня, что не хочешь ни к кому привязываться, и при этом психовать из-за Пиппы.
– Да потому что я невротик, Уилл, – мой голос прорезал сырой утренний туман. – Вчера я посмотрел на Зигги и понял, как сильно она хотела, чтобы у меня был эдакий маленький летний лагерь, и я подумал: ладно, почему бы и нет, я могу. Но в Пиппе есть что-то такое, от чего…
– Чувствуешь себя не в своей тарелке? – спросил Уилл, понимающе глядя на меня.
– Да. И я сам не знаю, почему.
– Например, потому что она открытая и не строит из себя то, чего нет? – Я не ответил, и он продолжил: – Потому что она задает тебе реальные вопросы о том, кто ты и о чем думаешь? Потому что сомневаешься, что сможешь ускользать целых две недели?
– Ладно, ты, возможно, успел подумать об этом.
– К сожалению, да. Ну то есть я мог бы остаться в своей большой кровати рядом со своей прекрасной женой, а вместо этого веду тут с тобой задушевные беседы. Так поговори со мной, Дженс. Давай поведай, что происходит у тебя в голове, или же дай мне вернуться…