— У вас кровь, — сказал Дмитрий, чем сильно напугал майора. — Вы ранены?
Гущин дотронулся до лба, почувствовал под похолодевшими пальцами стеклянную крошку и теплую влагу… От запаха крови закружилась голова, но следователь нашел в себе достаточно мужества, чтобы растянуть онемевшие губы в ухмылке.
— Пустяки. Осколками стекла слегка задело.
Глеб выругался. Затянул Гущина в прихожую и, включив там свет, оглядел майора.
— Царапина, — выдохнул с облегчением. — Перекисью обработать — и ничего не останется.
На крыльцо взлетел Михаил с охотничьей винтовкой наперевес.
— Чего тут?! — спросил двух отцов — родного и приемного.
Львов, не отвечая, надел на ноги гостевые домашние шлепанцы и пошагал в комнату, где пол между кроватью и окном засыпало битое стекло. Крикнул уже оттуда:
— С реки стреляли! Мишка, вруби свет над лодочным сараем, мы осмотримся! Только не оттуда включай, а из дома!
Сын бросился исполнять приказание. Оставшийся в комнате Дмитрий, спрятавшись за шторами, глядел на берег. Глеб и сыщик из прихожей напряженно смотрели на хозяина дома.
Вскоре над сараем вспыхнул настоящий прожектор, окативший светом не только берег, но и насквозь просветивший кустики под окном. Львов их осмотрел, высунувшись в разбитое окно, и буркнул:
— Никого. Выходим.
Дмитрий начал обходить кровать, направляясь к двери, но его остановил обретший твердость следователь:
— Подождите. — Стас протянул руку, нащупал за косяком выключатель и зажег свет.
Вспыхнувшая люстра осветила пробитый дробью потолок. Гущин подошел к окну, по дырочкам на оставшемся в раме куске стекла примерился, провел незримую нить от пробоин в окне до потолка… И приложил ладонь к макушке. Стреляли выше головы, дробь прошла над маковкой сантиметрах в десяти.
Сыщик пригляделся к широкому разбросу дроби, отметил, что дырочки немного отличаются диаметром.
— Стреляли из обреза, — сказал мужчинам, молча наблюдавшим за действиями следователя. — У кого-то в деревне есть обрез? Дробь, кстати, самопальная, разного размера. Кто у вас здесь дробь отливает?
Игнатовцы переглянулись. Ответить им помешал появившийся в дверном проеме Владислав. Увидев разбитое окно и Глеба с бейсбольной битой, депутатский помощник удивленно присвистнул:
— Ого. Это что у вас здесь такое?
Дмитрий поморщился.
— Ты разве выстрела не слышал?
— Нет. — Министерский сын помотал встрепанной головой. — Я в мансарде был, в наушниках ноут смотрел, снял их, когда яркий свет в окне увидел.
Все поглядели на освещенный прожектором пляж. Гущин взял с тумбы мобильный телефон и пробормотал: