Лёшка её покормила и в который раз зашла в интернет проверить, нет ли хоть какой-нибудь весточки от Артёма. Вестей, увы, не было. Она вздохнула и только сейчас почувствовала, как безумно устала. Отказавшись от ужина, она легла спать.
А Ромка не лёг. Очень скоро он к ней пришёл и сел рядом.
— Знаешь, что я решил? Что надо, кроме Женькиного отца, ещё и Алёне, и Анне задание дать, чтобы вспомнили, кто у них был в красной футболке. Славке я уже дал, он должен свою бабушку обо всём расспросить. А ещё я вот что подумал…
— Слушай, отстань от меня, давай ты мне завтра всё скажешь. С меня на сегодня хватит.
Лёшка выгнала Ромку из комнаты и накрылась с головой одеялом.
Всю ночь вокруг неё сдвигались стены пещеры, она задыхалась, рвалась из них и звала на помощь Артёма, а он не шёл, хотя, она знала, был где-то рядом.
Первый раз её разбудило воронье карканье, за которым слышалось недовольное ворчание мамы, потом, когда она опять задремала, к ней на диван встал лапами Дик и лизнул прямо в нос, приглашая идти гулять.
Стряхнув с себя ночные кошмары, Лёшка отправилась с ним во двор, а когда вернулась, её заторопил Ромка.
— Идём скорее, надо Славку перед школой увидеть.
Славка уже их ждал у своего подъезда, и Ромка с ходу спросил:
— Узнал у своей бабушки, сколько человек было в отряде?
— Узнал. Вместе с ней тридцать.
— А кто был в красной футболке?
Славка покачал головой.
— А вот об этом я её не спросил. Она бы принялась выяснять, зачем мне это понадобилось, и пришлось бы ей обо всём рассказать, а тревожить её не хочется, она и так до сих пор ходит бледная как смерть, за сердце то и дело хватается. А на фотогазете — я посмотрел — все цвета стёрты полностью.
— Я так и думал, — завздыхал Ромка. — Надо, значит, Анну поторопить со снимками и подождать, что Илья Григорьевич скажет. А ты, пожалуйста, газету к нам занеси после школы, мы посчитаем, сколько на последнем снимке людей. Может, что-нибудь сами на нём увидим.
Ромку за пропуск уроков никто не ругал, Лёшку — подавно: и одноклассники и учителя не могли не заметить, какая она измученная, с запавшими глазами, совсем не похожая на себя. Все решили, что болезнь её ещё не прошла, и даже предложили пойти домой долечиться, но она отказалась.
Только Наташка Тихонова, встретившись с ней в коридоре, её нисколько не пожалела, а заметила походя:
— Что это с тобой? Выглядишь как бледная макаронина. Поссорилась с мальчиком, да?
Лёшка, не удостоив её даже взглядом, прошла мимо молча, а Наташка ей вслед хихикнула.
Уроков у Лёшки в этот день было мало, и домой она пришла раньше Ромки.