Постройка збаражского бернардинского монастыря в камне была закончена в 1646 году, почти сразу в войне он был полуразрушен, в конце XVII века горел и полностью был восстановлен в середине XVIII столетия. Глубокий подземный ход, к счастью, во время бурных исторических событий не пострадал, в чем московскому историку совсем скоро предстояло убедиться лично. Максим почти успокоился. Не все было потеряно, а Наполеон любил повторять, что главное — ввязаться в бой, а там посмотрим. Проверив фонари, историк и хранитель вышли из теплой корчмы во двор, спустились по ступенькам к двери в подвалы Збаражского замка, и долгожданная экскурсия началась.
Спустивший по крутой, но широкой лестнице, историк и архивист оказались в большом зале с высокими сводчатыми потолками, в котором тут же включили свет. Из хорошо выбеленного зала в разные стороны, ко всем четырем стенам замка, вели галереи с нишами, и отдельный ход был сделан к страшной подземной тюрьме, замковой вязнице, о посещении которой спокойный Максим не мог вспоминать без содрогания.
Иван Васильевич повел Максима под землей по часовой стрелке, слева направо. Исследователи прошли под дворцом к дальней стене, под которой была устроена широкая боевая галерея с двумя лестницами наверх, к укреплениям. Вернувшись в главный зал с камерой пыток, путешественники во времени не торопясь осмотрели подвалы следующей стены. Везде было чисто и сухо, но промозгло от застоявшегося зимнего холода и жутко, даже при электрическом свете. Лестницы из подвалов к стенам, находившиеся в полном порядке, заканчивались массивными дверями, закрытыми на висячие замки с большими дужками.
Широкая галерея в глубине у главной замковой стены с одноярусной въездной башней, в которую попали историк и архивист, была в идеальном состоянии и с правой стороны заканчивалась тупиком, за которым находился замковый колодец. Максим сказал Ивану Васильевичу, что в крепостях всегда устраивали два подземных хода — к воде, лесу или убежищу. Хранитель ответил, что в один подземный ход из замка к монастырю они вскоре спустятся, а другой ход, из колодца за дворец и стены к большой дубраве с ручьем, из-за большой влажности обвалился и не исследовался. Полы и стены подвалов не вскрывались и не изучались из-за сложности и дороговизны работ.
Во всех залах и галереях подземного Збаража на чистых выбеленных стенах не было ничего, и Максим спросил, что на них висело, и что лежало на этих полах в XVII веке? Иван Васильевич ответил, что достоверно об этом ничего не известно, но так как подвалы делали как еще один рубеж обороны, то, очевидно, на стенах висело оружие, а на полу хранили запасы пороха и продовольствия. Кажется, на стенах залов еще до 1940 года висели большие распятия, но во время послевоенного восстановления замка их сбили.