В конце концов, в 1890 году два депутата Галицкого сейма от русинов, Романчук и Вахнянин, заявили, что они никакие не русины, а украинцы. Через пять лет в сейме появилась «украинская фракция» – то есть официально была признана как политическая сила «самостийность».
Униатский священник Андрей Шептицкий (впоследствии епископ, прекрасно уживавшийся и с бандеровцами, и с гитлеровцами) написал аналитическую записку императору, где прямо указывал: чтобы оторвать Украину от России, нужно вызвать раскол в Русской православной церкви. И, не ограничиваясь словесными упражнениями, в 1908 году по поддельным документам отправился в Россию претворять теорию на практике.
В ответ русины стали массово переходить из униатства в православие. У этого движения был лидер, иеромонах Алексей Кобалюк. Его последователей арестовывали якобы за шпионаж в пользу России, а то и пытали, требуя вернуться в униатство… Начались самые настоящие массовые репрессии. Выдержки из секретного доклада генерала Римля: «Галицкие русские разделяются на две группы: русофилов и украинофилов… мое мнение подсказывает мне, что все русофилы являются радикальными и что их следует беспощадно уничтожать. Украинцы являются друзьями Австрии и под сильным руководством правительственных кругов могут сделаться честными австрийцами».
Примечательно, что генерал именует «русскими» даже тех галичан, которых его подчиненные старательно пытались переделать в «щирых украинцев». Правда, до «беспощадного уничтожения» оставалось еще несколько лет, пока что руки были коротки, приходилось действовать с оглядкой на Россию, где уже поняли: говоря современным языком, появилась серьезная угроза национальной безопасности. Однако австрийцы, наряду с диким административным давлением на «русофилов», продолжали возбуждать судебные дела по обвинениям в «шпионаже в пользу России». Группа руководителей «русофильских» культурных организаций была даже приговорена к смертной казни. Спасло их лишь личное вмешательство Николая II, действовавшего через испанского короля в качестве посредника.
С началом Первой мировой войны руки у австрийцев оказались развязанными – и началось то, что впоследствии русины назовут Галицийской Голгофой. В первый же день войны власти разогнали все до единого «русофильские» организации и общества, вплоть до кооперативных лавок и детских приютов. Десятки тысяч людей были схвачены жандармами и войсками как «русские шпионы» и заключены в концлагеря Талергоф и Терезин. «Основанием» для этого могла послужить даже найденная в доме русская открытка или портрет Льва Толстого, но чаще всего хватали без всяких оснований: достаточно было и того, что человек признавал себя русином.