— Нам пора, — обратилась она к сыну. — Я еще с утра отправила гонца к губернатору. Он готов принять нас после обеда. Так что, поторапливайся. Через полчаса жду тебя внизу.
Кнуд психовал, как никогда. В глубине души он очень рассчитывал, что разбойник сдержит слово и пришлет им голову Леи. Насколько всем стало бы легче. Оставалась, правда, надежда, что даже если он не убьет ее, то упрячет так далеко, что можно будет выкинуть нежелательный брак из головы. Но как, в таком случае, быть с законными наследниками? Если жена не будет считаться погибшей, то ему не позволят сделать новый выбор, сколько бы лет ни прошло. Конечно, сына может родить и рабыня, хвала богам, этого добра у них хоть отбавляй, любая согласна раздвинуть перед ним ноги. Но такой наследник будет считаться только наполовину законным, хоть и признанным отцом. При желании, сын Инги, если ему суждено появиться на свет, может запросто оспорить права его незаконного сына. Правда Инге уже перевалило за двадцать, а она все еще ходит в девках. Да при ее стервозности и разборчивости не так-то просто сделать выбор. Но матушка и об этом позаботится — пристроит дочь в хорошие руки. Дело времени и денег. Как ни крути, а получается замкнутый круг.
Кнуд в раздражении запустил кубком в стену. Остатки вина отпечатались кровавой кляксой на гобелене. Суеверный страх пробежал по спине, и он поспешно отвернулся. Такое чувство, что это его жена, которой он желал смерти, послала ему весточку.
Задерживаться и дальше в своих покоях не стал, поспешно сбежал вниз и выскочил во двор, вдыхая полной грудью морозный воздух. Поразмыслив, Кнуд пришел к выводу, что другого выхода, как искать Лею, у них нет.
Когда они с матерью уже собирались забраться в карету, к ним подбежал малолетний раб и что-то протянул Кае. Она брезгливо развернула клочок бумаги и какое-то время внимательно его рассматривала. Потом отвела мальчишку в сторону и несколько минут говорила с ним. Кнуду она только в карете показала требование привезти пятьсот золотых, в обмен на свободу его жены, с указанием места и времени. Обсуждение этого вопроса они отложили до встречи с губернатором.
К губернатору они прибыли чуть раньше назначенного срока и какое-то время ждали перед дверью в его кабинет, пока молоденькая рабыня не пригласила их войти. Пожилой мужчина с пышной седой шевелюрой и густыми усами, свисающими ниже подбородка, чинно восседал в массивном кресле, положа руки на подлокотники и сыто щурясь. Сразу становилось понятно, что недавно он отобедал и сейчас не прочь вздремнуть, тогда как государственные дела отвлекают. Тем не менее, он вежливо предложил Кнуду с Каей присесть в кресла поменьше с другой стороны стола.