– Ты тоже заметил каёмку? – спросила Настасья. – Да, список был подчищен, а чтобы нельзя было ничего разобрать, сверху изобразили широкую полосу… Будь у нас оригинал, можно было бы поковыряться, но тут… Хотела бы я знать, что было подчищено!
– Да-а, занятное дело! – процедил Бермята, задиристо поглядывая на младшего магента Веселина. – Твоё начальство что-то темнит! А нас тогда зачем позвали? Хотели бы скрывать – скрывали бы себе дальше. Спрятали бы список, посадили бы грифа секретности – очень вредная, кстати, птица: клюв как отбойный молоток! – и все дела. Не нужно никаких подчисток!
Настасья засмеялась:
– Ну, зачем позвали, я тебе скажу… Позвали потому, что тема красавиц и умниц у них раскрыта не полностью. Артефакты похищены, начальство бушует, в городе творится не пойми что… Нахабе просто велели нас позвать, и, вынужденный это сделать, он стал торопливо подчищать список… В конце концов, на ёлке есть шишки и покрупнее.
Практикант вскинул голову. Щеки его запылали:
– Как вы неуважительно говорите о Невере Невзоровиче! Он знающий человек и исключительный профессионал!
– Да, само собой! – сказал Бермята и торопливо принялся наглаживать Юстика по плечу.
Ева опустила глаза, чтобы скрыть улыбку.
Настасья опять забегала по комнате, часто останавливаясь и вчитываясь в список. Она бегала, бегала, бегала… У Евы голова закружилась наблюдать за ней. И тут Настасья вдруг расхохоталась. Распахнула окно на улицу, повалив цветы в горшках, и воскликнула радостно и громко:
– Жизнь! Где же ты? Как ты проходишь? На что тратишься? – И, танцуя, заскользила по паркету. На пути ей попался стул с мирно сидящим на нём Бермятой. Настасья схватила его за плечи, потрясла и воскликнула: – Ну что ты тут сидишь такой тухлый?! Такой весь никакой! Марш завоёвывать царства, зажигать и гасить звёзды!.. Где ваши спасённые принцессы, поручик?!
Юстик, услышавший такое, так и застыл. До этого он мирно раскладывал на скатерти чайные ложечки, помещая их в ряд и проверяя, все ли они одной длины.
Бермята, призванный завоёвывать царства, пока медлил приниматься за дело. Видя, что от него толку не добьёшься, Настасья схватила с пола пустой стаканчик из-под йогурта и запустила его в Юстика. Потом вновь начала носиться по комнате. Сдвигала стулья, что-то переставляла, подбрасывала. Потом высунулась в окно и стала срывать с ветки яркие листья.
– Она в меня йогуртом запустила! – пожаловался Юстиниан Григорьевич-млад.
– Ну не кирпичом же! – заметил Бермята.
– Но она такая умная!.. Она мой кумир!
Бермята усмехнулся:
– Настасья не просто умная! У неё мозг работает сразу в десяти разных направлениях. Но она тратит на это ужасно много энергии, и потом у неё того…