— Они приказали убить тебя, — сказал он. Голос его был высоким и тонким, напоминавшим писк. Обхватив руками ноги Бэньона, он прижимался горящим лицом к холодным полам его пальто.
— Кто они? — спросил Бэньон.
— Лагана и Стоун. Я нанял Слима, чтобы он подложил бомбу тебе в машину. Нам не нужна была твоя жена. — Он зарыдал. — Произошла ошибка. Поверь мне.
— Почему Стоун хотел меня убить?
— Не знаю. Клянусь Богом, не знаю!
Ларри услышал, как Бэньон вздохнул. Он попытался крикнуть, что говорит правду, но руки Бэньона снова сомкнулись у него на горле. Нет, нет, ему нечего опасаться. Бэньон поверил ему. Ларри лежал, скрючившись возле его ног, сотрясаясь всем телом от истерических рыданий, пытаясь дотянуться до ноги Бэньона.
Говорить он не мог, лишь его ищущая рука пыталась выразить преданность тому, кто фактически уничтожил его.
— С тобой кончено, мразь, — брезгливо сказал Бэньон. — О том, что ты раскололся, Стоун будет знать через час. Я позабочусь об этом. До Лаганы информация дойдет на пять минут позднее. Ты ошибся с выбором профессии, подонок, а ведь мог бы стать процветающим бухгалтером. Думаю, для переквалификации времени у тебя уже не будет.
Он вышел из квартиры, бесшумно прикрыв за собой дверь…
В центр города Бэньон возвращался при ярком свете зимнего солнца. Остановившись около аптеки, он дважды позвонил по телефону. Оба его абонента были людьми с широкими связями в полиции, имевшими к тому же немало знакомых в преступном мире. Обоим он рассказал одно и то же. Он знает человека, виновного в смерти его жены. Это Макс Стоун. Ларри Смит раскололся. Ни один из тех, кому звонил Бэньон, не желал быть втянутым в опасные дела бывшего полицейского. Это были осторожные, скользкие люди. Почувствовав немалое облегчение, когда их собеседник положил трубку, они уже в следующее мгновение сами набирали нужный номер.
Когда на выходе из аптеки Бэньон остановился закурить, к нему, неловко улыбаясь, приблизился незнакомец:
— Разрешите прикурить, мистер.
— Пожалуйста.
Незнакомый мужчина был высокого роста, со светло-рыжими волосами, нуждавшимися в срочной стрижке, и тонкими кистями рук, на несколько дюймов выступающими из рукавов пальто. Он походил на деревенского родственника, впервые оказавшегося в большом городе.
— Хороший денек, да? — сказал он, продолжая улыбаться. Когда Бэньон поднес спичку к его сигарете, человек благодарно закивал: — Спасибо, большое спасибо, мистер.
— Не стоит благодарности, — ответил Бэньон, щелчком отбрасывая спичку и направляясь к своей машине. Рыжий прислонился к стене дома и наблюдал за ним с легкой улыбкой на губах.