— Мадемуазель, вы бы не могли спуститься вниз? Нам надо срочно переговорить.
— На ночь глядя?!
— Да, прибыл костюм Деда Мороза, и мы хотим, чтобы вы посмотрели, на ком он сидит лучше.
— Это не может подождать до утра? Что за спешка...
— Да, но за ночь вы можете передумать, — Салино многозначительно понизил голос. — Тем более что для этого есть повод.
— Какой еще повод?
— Это правда, что вы хотите предложить роль Деда Мороза вашему российскому другу? — выпалил Дебузье. — Все в гостинице только это и обсуждают!
— О чем говорит этот сумасшедший? — спросил полковник по-русски.
— Он боится, что ты отнимешь у него роль Деда Мороза, — кусая губы, пояснила Даша.
Полетаев издал крякающий звук.
— Простите, месье, — обратился он к швейцарцу, — я не знаю вашего имени...
— Дебузье, Максимилиан Дебузье. — Толстяк моментально извлек из кармана визитку и протянул полковнику. — Оптовая торговля сушеными фруктами.
— Очень приятно, месье Дебузье. — Полетаев внимательно изучил визитку. — Мое имя Сергей Полетаев, смею вас заверить, у меня и в мыслях не было ничего подобного. Я даже не предполагал, что здесь готовится карнавал.
— Как! — вскричал Салино, — разве мадемуазель вам не говорила, что мы собираемся отмечать Новый год по-русски?
— Какой патриотизм! — восхитился полковник, и, не переставая улыбаться, добавил по-русски: — Могу себе представить, как ты заморочила этим бедным людям голову.
— Ничего подобного. Они сами напросились.
— Месье Полетаев, — вмешался Дебузье, — раз уж мадемуазель устала, может быть, вы нас посвятите в тонкости...
— Разумеется! — Даша выволокла из-за себя упирающегося Полетаева и подтолкнула его в коридор. — Он специалист по всякого рода маскарадам. Лучшего консультанта вам не найти.
— Но мы же не договорили!
— Идите, Сергей Павлович. Кому, как не вам, заниматься вопросами интеграции и взаимопроникновения культур. А поговорить мы всегда успеем.
— Когда ты собираешься ложиться спать? — Он попробовал подмигнуть ей правым глазом.
— Я уже сплю, — ответила Даша и захлопнула дверь.
На самом деле Даша спать не собиралась. Обхватив голову руками, она попыталась возобновить работу мозга. Интуиция подсказывала: ее обманывают все, у кого на это есть хотя бы пять минут. Поведанная же Полетаевым история по дикости превосходила все услышанное доселе.
«Мне нужен всего один нормальный человек, — говорила она самой себе. — Всего один. Если в ближайшие полчаса я не переговорю хоть с кем-нибудь вменяемым, то сойду с ума...»
Только как среди стада сумасшедших найти нормального? Нормальные сюда не ездят по определению. Она попыталась вспомнить хоть кого-то без признака безумия в глазах. И сразу же по памяти стеганул взгляд зимнего неба. Вот кто владеет собой на все сто процентов. Надо было отправляться к ней с самого начала, уж кто-кто, а фрау Мюльке, будучи единственным вменяемым человеком во всей гостинице, сумеет развеять безумный настрой окружающих.