Жжение в груди только усилилось, когда Голландка, здороваясь, кивнула мне, и я с трепетом начала подниматься по ступеням. Рейф уехал. Он не увидит последнюю игру своего друга. По щеке скатилась слеза. Я вспомнила всё, что случилось с момента, когда, увидев флаер, я доверилась ему отвести меня туда, где было моё место.
Моё разбитое сердце проклинало тот день, когда гонимая чертовым безумием ощутить свою нужность, я искала что-то… кого-то, желая стать его частью… и нашла Рейфа.
— Он будет сильно злиться, что не попал, — заметила Голландка, когда мы усаживались на свои места.
Не способная скрыть боль, нарывавшую внутри большим гнойником, угрожавшую в любой момент вскрыться и выплеснуться наружу, я только кивнула. Прошло всего несколько недель, а я уже чувствовала себя так, словно меня лишили жизни.
— Хочешь пива? — предложила Голландка.
Ища предлог не смотреть на поле, чтобы только не ощущать внутри пустоту, я поднялась.
— Я схожу.
— Оставайся на месте, юная мисс, — приказала она. — Я справлюсь.
— Прости, сейчас я — плохая компания. Я угощаю, хорошо? — Я передала Голландке двадцать долларов и уселась на место. Она с нежностью посмотрела на меня сверху вниз и печально скривила губы.
— Знаешь, я всё видела. С первой минуты, как вы взглянули друг на друга, я всё видела. Было на что посмотреть. Не думай, что ты одинока в своих чувствах. Ты не одна.
Смахнув с нижнего века одинокую слезу, я натянуто улыбнулась и согласно кивнула:
— Спасибо… з-за твои слова. Иди за пивом. Давай выпьем за Энди.
— Уже иду, юная мисс, — ответила она и легонько постучала по козырьку моей бейсболки.
— Голландка?
— Да, — быстро ответила она. В её глазах читалось беспокойство. Чувствовалось, что ей ужасно хотелось меня утешить, и я ненавидела себя за то, что ещё не начавшуюся игру смогла превратить в сплошную тоску и печаль.
— Спасибо тебе. Спасибо за то, что позволила сидеть на месте Герберта.
Голландка только кивнула, а потом, преодолев несколько ступеней, направилась к проходу, где стояли торговые лотки.
— Дамы и господа, просим подняться! Звучит государственный гимн!
Я встала, прижав ладонь к своему разбитому сердцу, и, прежде чем спрятать телефон в карман, быстро проверила уведомления на экране. Сегодня он не прислал ни слова. Да, я понимала, что он был занят, что адаптировался к новому окружению и притирался в новой команде, но у меня уже появилось ощущение, что наша связь разорвана и наше будущее очень туманно. В голове постоянно крутились его слова:
«Это не закончится, Элис. Не закончится».
И словно услышав его шёпот, я согласно кивнула. Моя жизнь рушилась. Но я была не одна. Люди вокруг меня время от времени поглядывали в мою сторону. Они больше не были мне незнакомцами, они были моим сообществом. Я взглянула направо, туда, где сидел женатый мужчина. Я видела его практически на каждой игре. В этот раз у него на руках спала белокурая малышка. Он посмотрел на меня с сочувствием и утешающе подмигнул, а я, кивнув, слабо улыбнулась в ответ.