Медведь наконец-то освободил меня от своих непоколебимых объятий. Лениво махнув рукой на Бокова, он ответил:
— Случайная встреча. Я просто шёл и наткнулся на вас. Было это две ночи назад.
Рядом со мной сел Андрюха. Угрх одной лапой сменил моё горизонтальное положение на сидячее. В руки мне вручили кружку с чем-то тёплым и приятно пахнущим. Сделав глоток, я оценил напиток: вкусный, слегка сладковатый, отвар из трав. Прежде ничего такого не пробовал.
Противный шлепок в районе шеи. Ничего не почувствовал. Угрх ловким движением когтя освободил меня от потребности терпеть присутствие сосущего чуда-насекомого. Увидев жуткого слизняка с присоской в районе брюха, я обрадовался. Мало приятного, когда такая хрень к твоей шее присасывается. Даже тот клещ, которого называют ядовитый шквор, и которого оторвал Андрюха, был не так страшен.
— Угрх нашёл нас, — сказал Андрюха. — Пусть не прибедняется. Но перед этим я почти трое суток сидел в лесу и ждал пока ты загнёшься. Еще этого караулил, — он показал пальцем куда-то в темноту пещеры. — Ты америкосу здраво ногой засадил, Никита. Сотряс и потеря памяти. Сделал из взрослого мужика ребёнка. Как я настрадался!
— Да не преувеличивай! — Угрх отвесил Андрюхе по лбу ленивую оплеуху.
Боков, получив неслабое ускорение, отлетел на полтора метра и приземлился на спину почти в костёр.
— Извиняюсь, — тут же сказал медведь и с невероятным проворством бросился к Андрюхе и поставил его на ноги. — Переусердствовал малость. Не рассчитал…
— Долбаный шерстяной переросток! — начал ругаться Андрюха, потирая одной рукой спину, а другой задницу. — Если у тебя сил дохрена, то это не значит, что можно обижать слабых! Ты, любитель медовухи, совсем ополоумел? Я так-то человек, если забыл!
— Я же извинился… — тихо прорычал Угрх, слегка сгорбившись. — Извини меня, человеческое дитя. Я больше не буду.
Однако славно они поладили. Не думал, что всё будет так.
Мне налили вторую порцию отвара. От первой по телу разливается приятное тепло и появляется лёгкость. На шее имеется огромная дыра, будто там был здоровенный чирей, который совсем недавно созрел и из которого выдавили гной. Впрочем, так оно и есть. От укуса ядовитого шквора, а точнее от его яда, на моей шее начал развиваться обширный абсцесс. Обошлось.
— Не расскажешь, как всё было? — спросил я Андрюху, потягивая отвар и наслаждаясь пламенем костра. Жизнь не так плоха, как о ней говорят. Давно я так не отдыхал.
— Только подробно рассказывай, — добавил я. — А потом пусть Угрх расскажет. Что-то подсказывает мне, что появился он не просто так. Да, Угрх?