— Нет. При других обстоятельствах она не могла бы произойти.
— Ознакомились ли вы также с заявлением сэра Эдуарда К. Вильямса из Королевского колледжа хирургии, свидетельствующего о том, что обвиняемый, несомненно, является отцом жертвы?
— Да.
— Имеются ли у вас лично какие-либо основания ставить под сомнение авторитет самого сэра Эдуарда и не доверять сделанному им заявлению?
— Нет.
— Имеются ли у вас какие-либо основания сомневаться в том, что обвиняемый является отцом жертвы и виновником его смерти?
— Нет.
Прокурор с удовлетворённым видом сел на своё место.
Поднялся защитник, королевский адвокат мистер Б. К. Джеймсон.
— Доктор Фиггинс, внимательно ли вы осмотрели труп младенца? Не вы ли сами сказали при осмотре: «Это же не ребёнок, это обезьянка»?
— Да.
— Придерживаетесь ли вы по-прежнему этого мнения?
— Да.
— Какие у вас на это имеются основания?
— Некоторые особенности строения его тела, одни из которых сразу бросаются в глаза, другие же я обнаружил во время вскрытия.
— Какие именно?
— Диспропорция частей тела; строение ноги, имеющее очевидное сходство с нижними конечностями обезьяны, поскольку большой палец стопы отделен от остальных глубокой выемкой; форма позвоночного столба, у которого полностью или почти полностью отсутствует поясничный изгиб, а также некоторые другие особенности лицевого угла и строения черепа.
— Сообщили ли вы свои замечания судебному врачу?
— Да.
— Подтвердил ли судебный врач правильность ваших слов?
— Да.
— Следовательно, вы считаете, что обвиняемый убил не человеческое существо, а зверёныша?
— Да.
Адвокат поклонился и сел на место. Поднялся прокурор.
— Не говорится ли в заключении, данном судебным врачом, показания которого мы выслушаем позднее, что жертвой преступления является ребёнок?
— Да, говорится.
— Если бы судебный врач придерживался того же мнения, что и вы, мог бы он сделать подобное заключение?
Этот вопрос был отклонён защитой.
Прокурор продолжал:
— Можете ли вы объяснить, каким образом, считая, что жертва не является человеческим существом, вы смогли составить свидетельство о смерти ребёнка по имени Джеральд Ральф Темплмор?
— Как биолог я могу считать, что жертва по ряду характерных признаков ближе к обезьяне, нежели к человеку. Это моё личное мнение, но как врач я обязан был составить акт о смерти, поскольку существует совершенно официальный документ о рождении и поскольку я лично констатировал смерть.
— Признаете ли вы, таким образом, что все имеющиеся у вас сомнения относятся только к анатомическому строению жертвы, а не к её гражданскому состоянию?