– Кто из нас разводит чужую беду руками, неизвестно. Хотела бы я посмотреть, как бы ты себя вела в моем случае.
– Да уж не бегала бы и не кудахтала!
– Я думаю, тебе лучше уйти.
Лицо моей бывшей свекрови принимает отстраненное, высокомерное выражение. Я понимаю, что перегнула палку.
– Простите, я, конечно, не имею права говорить с вами в подобном тоне.
– Вот что мне странно, почему ты не боишься? – спрашивает она. – Ведь я тебе рассказала, что мое положение можно квалифицировать как крайне опасное. Я от страха даже спать не могу…
– Ну и чего хорошего? Во-первых, если уж на то пошло, я здесь не при делах. Вон в шкаф спрячусь, никто и не подумает меня искать. Если вы не скажете. А во-вторых, какая польза от страха? Помните классика: жил – дрожал, умирал – дрожал… Вы из-за этого постарели сразу лет на десять, а разве удалось решить проблему?
Марина Константиновна вздрагивает от удивления. Наверное, она никогда и думать не думала, что мы с ней не только встретимся, но и я смогу разговаривать с ней в таком же тоне, в каком когда-то со мной говорила она.
– Не помогло… Смотри, какая ты агрессивная стала. Я тебя совсем другой помню.
– Забудьте!.. И ещё, к нам едет помощь.
– Ты позвонила в полицию? – В глазах её появляется ужас. – Они сказали, если я обращусь в милицию, моему Петру Васильевичу придёт конец.
– Нет, это не полиция, это мои друзья.
Она вздрагивает от того, что звук режущего металл диска становится всё отчетливее.
– Запомните, вы в квартире одна, – шепчу я ей прямо в ухо и отхожу в глубь коридора, под прикрытие высокого массивного шкафа.
Похоже, Найдёнов со своими телохранителями не успевает к нам на помощь.
Если их больше трёх, то мне крышка. То есть ничем Марине Константиновне я помочь не смогу, а вот если двое – шанс есть. Особенно если один задержится возле Лавровой, а второй пойдёт в комнаты. Мимо меня.
Как жаль, что у меня нет никакого оружия. Я оглядываюсь в поисках чего-нибудь, чем можно было бы воспользоваться. Или для защиты, или для нападения.
Ага, вот и оно! Из-за шкафа, под прикрытием которого я стою, высовывается краешек гантели, которую я потихоньку вытаскиваю на свет.
Держать всё время такую в руке будет трудновато, потому я осторожно опускаю её на пол возле своей ноги.
Крак! – этот звук, кажется, раздаётся уже в самой квартире. По крайней мере дверь валится в коридор, но взломщики поддерживают её, чтобы не упала на пол и не создала лишнего шума.
Правильно они всё делают. Кто из соседей заинтересуется, у кого и что там пилят? Возможно, меняют дверь или производят ещё какие-то работы по металлу, а вот грохот… Его звуком могут и заинтересоваться.