Посмотрев на время, решаю лечь спать, чтобы не прохлаждаться, думая о парнях, однако в заднюю дверь стучат. Слегка мешкаюсь, но затем открываю дверь и вижу Редмонда, который моментально притягивает меня к себе и целует. Касаясь ладонями его шеи, чувствую, как извивается его тело. Отстранившись, он касается лбом моего лба, и, смотря в глаза, шепчет:
— Прости.
— За что ты извиняешься? — решаюсь спросить я, смотря на приоткрытые губы.
— За все, — кратко отвечает он и вновь касается своими нежными губами моих губ.
Сейчас чувствую успокоение. Оно полностью устраивает все, что происходит вокруг.
Отстранившись, Редмонд молча тянет мою руку к выходу, на что я с интересом подчиняюсь. Всегда. Абсолютно всегда я отвечаю на жесты Редмонда, потому что не считаю его плохим. Если человек ошибается, это не значит, что он плохой. Как правило, некоторые наши действия перерастают в привычку, от которой сложно избавиться. Единственное, что меня мучает, так это правда, насчет отношений сестры и Редмонда. Агнесс с пеной у рта утверждает, что между ней и этим парнем была безумная любовь, хотя тот все опровергает. Зная Агнесс, понимаю, что девушка может скрывать многое, но я также знаю Редмонда и его прошлое, которое наш город активно обсуждает посей день.
Когда парень выводит меня на улицу, мы направляемся прямо по дороге прогулочным шагом. Его рука крепко сжимает мою руку, от чего с трудом сдерживаю улыбку. В домах горит свет, а наш путь освещают фонари и растущая в небе луна. Посмотрев на мою реакцию, Редмонд быстро улыбнулся и вернул взгляд на дорогу.
— Решила, что спросить насчет отца?
— Мне просто интересно, какой у тебя потенциал, — отвечаю я и решаю перегнать парня, повернувшись к дороге спиной, а к нему лицом. — Расскажи.
Нежно улыбнувшись, он смотрит под ноги, тая интригу.
— Ты будешь смеяться.
Эти слова заставляют улыбнуться шире. Наверняка это что-то интересное, раз он так говорит.
— Нет! — мигом отвечаю я, посматривая назад, чтобы не упасть. — Расскажи!
Редмонд отводит взгляд в сторону, смотря на дома, которые находятся на противоположной стороне дороги. Его скулы освещает свет, а глаза кажутся мутными, но блестящими. В голове возникло уже несколько версий, которые вряд ли оправдаются. Еще никогда не испытывала такого жуткого интереса к человеку.
— По-твоему, что это может быть? — играется он, испытывая мое терпение.
Наклонив голову в бок, отвожу глаза в бок, думая о самых адекватных вариантах.
— Ты пишешь стихи?
— Только если матерные, — усмехается он, потирая большим пальцем костяшки моей руки.