- Каких венецианцев? - Спросил я.
- Тех, которых вы обложили ввозными акцизами.
- Жаловались?
- Жаловались. Обещали вам голову открутить.
Я вздохнул.
- Так на что же они будут жить?
- Вы гляньте, как живут епископы. А вот некоторые приходы хрен последний доедают. Мы будем давать деньги из казны. По их потребностям.
- И, думаете, отдадут? - Продолжил король.
- Я наложу на имущества епархий временный арест. И проведу ревизии. С помощью кардинала Уорхэма. Посмотрим приходные книги за весь период вашего правления и возьмём десятину со всего срока. По-моему, это справедливо.
- Более чем... - Задумчиво проговорил король. - И незачем затевать реформацию.
- Не понял, - сказал я.
- Видите ли, Питер... Говард убеждал меня провести реформацию и замкнуть церковь на себя, как на главу церкви, для того, чтобы пользоваться её деньгами по своему усмотрению. А для этого надо было разозлить Папу и создать в Англии условия для раскола. А если мы и без раскола сможем забрать деньги у епархий...
Король хлопнул в восторге в ладоши и придворные навострили уши.
- Вы, Питер, гений! Действуйте. Подпись и печать ваши. Шея на плахе тоже. А я в стороне, если что.
- Вас понял, ваше величество.
* * *
Приказ лорда-распорядителя, именем короля, заверенный большой королевской печатью, разошёлся по епархиям в тот же день, а через неделю от епархий стали поступать ответы о невозможности его исполнения, по причине папской буллы от какого-то года.
Только епископ кентерберийский и йоркский Уорхэм выслал требуемые с него десять процентов. К платёжному ордеру кардинал приложил выписки из приходных книг, заверенных печатями епархий. Я посоветовал ему сделать именно так, и он меня понял, почему, когда я, как заместитель короля, приказал ему провести ревизии во всех не подчинившихся приказу епархиях.
Король, официально, ушёл в отпуск, отъехав в охотничий домик в ланкастершире.
Уорхэм боялся навлечь на себя гнев короля и подчинялся его воле беспрекословно. Он с гордостью повторял: "Гнев короля - это смерть". В свои семьдесят семь лет он выглядел сильно уставшим от жизни.
Он предчувствовал церковный раскол и сначала воспринял мои приказы, как его начало. Однако когда я объяснил ему, что король хочет избежать разрыва с Римом, просто предлагая поделиться материальными, а не духовными благами, кардинал меня понял и воспрял.
К концу двадцать седьмого года ревизии в епархиях были проведены и оказалось, что все сорок шесть епархий задолжали Англии Генриха Восьмого за всё время его правления сорок один миллион четыреста тысяч фунтов золотом. А каждая епархия от четыреста тысяч до полутора миллионов.