Котел должен был стоять в проходе под лестницей к тому, что было комнатой Дункана. Дверь, незаметная в закрытом состоянии, должна была закрыться во время исчезновения котла и ведьм посреди шума, погасшего света, стука копыт и большого количества тумана из сухого льда. Потом загорался полный свет, и Леннокс стучал мечом в дверь.
— Вы посмотрели на это с нашей стороны, — сказал Перегрин мастеру эффектов. — Можете интерпретировать все на свой лад. Идите домой, подумайте. А потом придете и скажете, что придумали, хорошо?
— Хорошо, — сказал осветитель. — Слушайте, а этот парень хорош, а?
— Да, правда, — сказал Перегрин. — Извините, мне нужно переговорить с Чарли. Спасибо вам большое. Прощаемся до тех пор, пока снова не сойдемся мы втроем. Чем скорее, тем лучше.
— Да, именно так.
Раздался хор прощающихся голосов.
Мужчины ушли. Перегрин вытер пот со лба. Надо мне выбираться отсюда, подумал он. Интересно, смогу ли я вести машину.
Еще не было и половины пятого. Банко не было видно, машин на улице не стало больше. Его машина стояла во дворе. К черту все, подумал Перегрин. Он сказал ассистенту режиссера:
— Я хочу уйти, Чарли. Ты убрал меч?
— Да. Вы в порядке?
— Просто синяк. Переломов нет. Запрешь двери?
— Конечно!
Он вышел с Перегрином из театра, открыл дверь его машины и смотрел, как тот садится за руль.
— Все нормально? Вести сможете?
— Да.
— Завтра суббота, отлежитесь.
— Вот такая история, Чарли. Спасибо тебе. Не говори об этом, пожалуйста. Это все их дурацкие суеверия.
— Не буду, — сказал Чарли. — Вы точно в порядке?
Он был в порядке — ну, или почти, когда устроился за рулем. Чарли смотрел, как он выезжает из двора. Вдоль по набережной Виктории, через мост, направо и еще раз направо. Добравшись до дома, он был готов посигналить у дверей.
К его удивлению, из дома вышла Эмили и сбежала по ступенькам к машине.
— Я думала, ты никогда не приедешь! — воскликнула она. — Милый, что случилось?
— Помоги-ка мне. Я ушибся. Ничего серьезного.
— Хорошо. Давай, вот так. С какой стороны?
— С другой. Ну вот.
Уцепившись за нее, он выбрался из-за руля и теперь стоял, держась за машину. Она закрыла и заперла дверцу.
— Принести трость, или ты обопрешься на меня?
— Обопрусь на тебя, родная, если ты не против.
— Тогда пошли.
Они с трудом поднялись по ступенькам. Эмми захихикала.
— Если миссис Слей из соседнего дома нас увидит, она решит, что мы набрались.
— Тебе вовсе не обязательно мне помогать. Теперь, когда я распрямился, я чувствую себя нормально. Ноги у меня в полном порядке, так что отпусти.
— Ты уверен?
— Конечно, — сказал он. Он выпрямился и коротко взвыл. — Я в абсолютном порядке, — сказал он, довольно быстро поднялся по ступенькам, вошел в дом и рухнул в кресло. Эмили подошла к телефону.