Разве можно понять что-нибудь в любви?»
Это уже прочитал Цветов и залпом опустошил фужер.
— Артемида влюбилась, — словно подбирая слова, тихо произнёс Свят. — Кажется, это у неё — серьёзно. Мальчишка молоденький. Ровесник, тоже двадцать два года, учатся вместе, — он вздохнул.
Зиночка внимательно слушала.
— Ты будешь смеяться, это замкнутый круг какой-то… Просто coïncidence fatale — фатальное совпадение…
— Я поняла, — усмехнулась Зинаида и, дотянувшись рукой, взяла с кровати халат, быстро поднявшись, оделась, потуже затянув широкий пояс. — Так что там насчёт совпадения?
— Он из Кумска, — словно оправдываясь, произнёс Цветов. — Сергей Зонтиков, сын владельца местной кондитерской фабрики…
— Вот оно что! Ты приехал знакомиться с будущими родственниками… Теперь всё понятно…
— Хорошо! Чёрт возьми! Я могу наплевать на этих будущих родственников. Хочешь, я даже не стану с ними встречаться? Забудь! Считай, что я приехал к тебе! Зина, выходи за меня замуж! Бросай всё, и поехали со мной!
— Нет, господин миллиардер! Я вам отказываю!
Зинуля, пошатываясь, собрала свои раскиданные вещи и, обернувшись около двери, печально произнесла:
— Я клянусь, что это любовь была,
Посмотри: ведь это её дела.
Но знаешь, хоть Бога к себе призови,
Разве можно понять что-нибудь в любви?
Цветов глядел в тёмное ночное окно.
— Останься! — попросил он не оборачиваясь.
— Только если ты будешь со мной правдив, — потребовала Зина. — Скажи мне: кто я для тебя? Ты просто имеешь меня, когда по делам приезжаешь в Кумск? Да?
— Ты действительно хочешь услышать правду? Подожди, не торопись с ответом. Хорошенько подумай! Для начала спроси себя, что есть для тебя эта самая «правда» и сможешь ли ты потянуть её духовно, морально, да, наконец, физически? Девяносто девять процентов людей сознательно избегают правды. Они прячут её за пеленой слов, маскируют вынужденными действиями. Они делают это, чтобы выжить, потому что знают, что она может их убить. И я никого не осуждаю. В своей жизни я натворил столько необдуманных поступков, что не мне судить остальных. Мои страдания — только мои страдания. У меня был период, когда я копался в себе, инвентаризировал каждый прожитый год и пытался разложить всё по полкам. Добро к добру, зло ко злу. Я думал, что, научившись вовремя ревизовать и правильно оценивать события, я смогу изменить свою жизнь, я смогу контролировать даже зарождающиеся мысли и желания и, пропустив их сквозь фильтр, выбрать только то, что достойно воплощения и моих усилий. Я наивно полагал, что таким образом гарантирую себе правильное будущее, которое — словно прямой вектор на графике моей судьбы — будет направлено исключительно вверх. Я искренне так думал! Больше того, я был уверен в своей правоте! И я даже начал так жить… Но я почувствовал, что это отнимает у меня силы. Я стал терять энергию жизни… Но я не сдавался, я пёр вперёд, я превозмогал. На работе я запретил себе ставить те трюки, к которым стремилась душа, те, которые снились мне по ночам и вызывали восторг. Я расценил их как невнятные миражи и отмёл за ненадобностью. Зачем рисковать?! Можно обкатывать и совершенствовать те номера, на которых уже набил руку и которые являются моей визитной карточкой для публики. Зачем идти наперекор ожиданиям миллионов? Потом я решил жениться! И это — правило! Каждый мужчина должен иметь жену, детей, дом, колодец и дерево… Так, кажется, говорят. Я выбрал себе женщину. Нет, не так! Я рассчитал для себя образец, шаблон и стал выбирать. Через некоторое время нашлась подходящая кандидатура, она соответствовала уровню тех высоких показателей, которые я — словно опытный программист — заложил в алгоритм… Мы стали жить вместе. Модель поведения, интерьер дома, вид из окна, режим питания, качество секса… Всё было так, как я себе запланировал. Но! Представляешь, я был несчастлив! Я погибал…