— Она слышит? И говорит?
Кивнул. И сделал какое-то движение — недоуменное пожатие плечами, восторженная улыбка.
«Но все равно…» — Инна поняла это именно так.
И хотела ответить: хорошо, замечательно, ты счастливый. Но слов не хватило. Можно было лишь изобразить это одним движением — распахнутые руки, взмах головой, взгляд…
До Рязани доехали быстро. В центре города парень легонько прикоснулся к Инниному плечу. Инна остановила «джип».
Парень извлек из рюкзака бумажник.
Инна замахала руками:
— Убери! Мне же было по пути. За хичхайкинг денег не берут! Неужели у вас только за деньги…
И осеклась, поняв, что говорит с ним, как с обычным человеком: быстро, сбивчиво, не подбирая слов.
Но он, конечно, понял. Сказал «спасибо» — глазами, улыбкой.
Махнул рукой, отразившись в зеркале заднего вида, оставаясь вместе с тротуаром позади, скрываясь из вида на неопределенное время, условно называемое «навсегда».
«Ну вот и все. Теперь к ним. К Надиным родителям».
И как в глубокую, мутную, темную воду, провалилась в собственную жизнь.
Глава 19
Охлаждение сердец
«Леша! Я поехала в Рязань. Вернусь, наверное, завтра. Мама».
Алексей несколько раз прочитал записку, но так ничего и не понял. В Рязань? Зачем? Что у нее может быть общего с этими людьми?
Он перевернул записку. Видимо, у Инны не было под рукой чистой бумаги, и она взяла первый попавшийся рекламный листок из тех, что то и дело приходилось десятками вынимать из почтового ящика. На нем значилось: «Сестра Терезия. Снятие сглаза. Привораживание. Охлаждение сердец. Низкие цены».
Почему-то этот текст, случайно оказавшийся на обороте Инниной записки, привел Алексея в бешенство.
— Ах так! — воскликнул он, разрывая бумажку на клочки. — Что-то ты, мамаша, здесь раскомандовалась. Вот возьму и не женюсь на Наде. Не нужна она мне! И ты не нужна!
Он решительным шагом направился к вешалке.
Из комнаты вышла Надя.
— Леш, а мне вот так хорошо будет? — Она показала ему вариант предполагаемой свадебной прически.
— Да иди ты… — рявкнул он, натягивая куртку.
Надя обиделась, вышла и плотно прикрыла за собой дверь.
— Дура, — негромко сказал Леша, зашнуровывая ботинки.
Раздался телефонный звонок.
— Да? — поднял он трубку.
— Леха! — услышал он знакомый голос. — Это я, Дима. Как жизнь?
— Нормально, — вздохнув, отвечал Алексей.
— Что-то голос у тебя невеселый. С чего бы это? Слышал, ты жениться собрался?
— Да вроде как, — неуверенно сказал Леша.
— Что значит «вроде как»? Ты мне, старик, давай голову не морочь! Девка-то хорошая? Я ее знаю?
— Нет. Она из Рязани.
— А-а, — обрадовался Дима. — Понимаю! Нетронутое дитя провинции? Дикая роза, произрастающая в Нечерноземье? Где ты ее откопал?