– С рождения.
– Можно было бы провести операцию на сросшихся пальцах. Почему вы не обратились ко мне?
– Ее мать. Она… не посчитала необходимым обратиться к врачам, когда родилась Лейда.
Якобсен резко встает.
– Да, я понимаю. Насколько я помню, это были тяжелые времена для всей деревни.
Из-за меня?
– К счастью, прогресс не стоит на месте. Найка стала господствующим гласом разума. И слава богу. – Доктор хихикает. Папа чуть кривит губы, но не улыбается.
Папа садится на подоконник. Я бегу к нему, чуть не поскользнувшись на мокром полу. Он обнимает меня и сажает к себе на колени.
– Ох, мой крольчонок. Тише, малышка. Не надо плакать.
– Не знаю, что и сказать, Питер. Если честно, я в полном недоумении.
– Это просто врожденный дефект. Он ей не мешает, доктор. У нее ничего не болит.
Дефект?
– Нет-нет, я сейчас не про руки. Удивительно, да, но все же не повод для беспокойства. Она, несомненно, здоровая девочка. Хоть и слегка маловата для своего возраста. Сколько тебе лет, дитя?
– Ей семь лет.
– Почти восемь, папа!
Я выскальзываю из папиных объятий и стою, выпрямившись в полный рост. Тяну шею, задрав голову к потолку. По шее стекают струйки воды, мне щекотно. Я быстро их вытираю и встаю на цыпочки.
– Восемь лет! Мы не можем позволить, чтобы почти восьмилетний ребенок растекался повсюду, да? – Доктор легонько щипает меня за нос и надевает очки. – Честно сказать, я озадачен всей этой… водой, если это и правда вода. За столько лет я ни разу не видел… Возможно, эта какая-то редкая патология, хотя я ни разу не слышал о чем-то подобном.
– Что за патология?
– Видимо, что-то врожденное. Хотя я не могу быть уверенным. Хотя…
– Что?
– Возможно, это всего лишь чрезмерная потливость неясного происхождения, хотя наверняка обусловленная некоей дисфункцией желез. Вряд ли это что-то серьезное, но, с другой стороны, обезвоживание – опасное состояние.
– Не может быть… я имею в виду, если столько воды… это просто не может быть пот.
– Чтобы что-то понять, нужно провести всестороннее обследование. Я не возьмусь лечить девочку без диагноза. А что касается вашей жены… меня беспокоит ее состояние.
Папа меняется в лице:
– Почему?
– По всем симптомам, у нее гипотермия, сиречь переохлаждение организма. У нее низкая температура, ее бьет озноб, ее кожа почти синего цвета. – Он глядит на меня, на мои руки, и тихонько откашливается. – Если бы я не видел Лейдину пигментацию, я бы сказал, что это синюшность, по-научному цианоз. Но, возможно, это что-то врожденное. В любом случае у нее низкий пульс, затрудненное дыхание. И, кажется, у нее были галлюцинации.