Как волны, бьющиеся о берег. Как камни на дне обрыва. Как ветер, солёный и пронизывающий.
На краю обрыва, который Эрин так часто видела в своих снах – кошмарах, видениях – никого не было. Странно было бы ожидать иного: у Короля штормов наверняка слишком много дел, чтобы быть здесь.
Ему ещё нужно поглотить Синтар, а следом, возможно, и весь мир. Ему нужно успеть до рассвета, потому что Блэр придёт, а вместе с ней придёт и Себастьян, который хочет спасти это место. Который хочет спасти тысячи людей и сделает для этого всё что угодно. Даже нарушит договор и потом будет расплачиваться за это с Дорианом Тангримом. Долг жизни – до отвращения важная штука.
– Пожалуйста, попрощайся со мной, Шай.
Тьма приходит с моря. Густая, холодная, неестественная. Как все те смерти, что остались позади. Как шторм, что накроет эти земли. Она почти невыносима – даже Бальтазар, порождение теней и Неметона, не выдержал, обернулся чёрным дымом возле ног.
Внизу – камни и море, и память частых видений.
За спиной – шелест крыльев, стихающий тут же, стоит только чуть повернуть голову.
– Привет, мой лорд-грифон, – обернувшись к нему, проговорила Эрин.
Она рада, по-настоящему рада его видеть, хоть от того… человека, что она знала и помнила, не осталось ни следа. Ни крохи тепла, ни искорки жизни в потемневших глазах. Будто все краски из него выпили, оставив только оболочку, по недоразумению похожую на Шая.
– Привет, – повторила Эрин. Громко не вышло, да она и не стремилась – всё равно её услышат. Она хотела бы, чтобы её услышали. – Знатный беспорядок ты тут навёл, знаешь?
В глазах Шая – нет, вовсе не Шая, не так ли? – по-прежнему плескалось золото, но немигающий взгляд резал, точно ледяной кинжал. Ранил кожу, бил под рёбра, в самое сердце.
– Здравствуй, Эрин-фэ.
Шаэн Хозяин Штормов выглядел как Шай, но говорил совсем по-другому: с жутким западным акцентом, какого не могло быть ни у кого из ныне живущих. Губы его кривились в чужеродной усмешке, а движения были неуклюжими, точно все конечности затекли разом.
– Никак не могу привыкнуть к этому телу. Я был выше на целый фут. И эти нелепые уши… – он раздражённо поморщился, коснувшись кончика уха – вполне обычного, человеческого. Перед внутренним взором встал древний фейри, высокий, остролицый, с несуразно длинными ушами, бледной кожей и полночно-синими глазами. Он не был Шаем, но неуловимо напоминал его сложением, чертами лица, и у него были точно такие же волосы – длинные непокорные кудри оттенка корицы. – Ещё и смесок. Фейрийской деве возлечь с оборотнем… фу, мерзость какая. Но всё же он довольно симпатичный, верно? Осколок солнца. Золотая кожа, золотые глаза… нрав поистине взрывной, а сердце мягкое и глупое, точно у юной девицы.