Она замолчала. Правда была тяжела. Сердце наливалось свинцом в ее груди. Но она пересилила себя.
– Он оказался положительным.
Кристин снова умолкла. Анатоль тоже молчал. Казалось, весь мир замер от этой новости.
– Я не понимаю… – наконец медленно произнес Анатоль.
– Оказалось, что даже при беременности могут быть незначительные кровотечения в период менструации. Тогда я этого не знала.
Он был поражен, ошеломлен, растерян.
Кристин продолжила, она должна была рассказать всю правду до конца, другого пути не было.
– Твой дядя пришел тогда на обед чуть раньше и застал меня в слезах. Я рассказала ему все. Он был невероятно добр ко мне. Он успокоил меня, выслушал, утешил и отвез в Лондон, где я обошла немало докторов, и беременность подтвердилась. Зная тебя, нашу историю, зная все подводные камни, он предложил мне решение моей проблемы…
Анатоль закончил фразу за нее:
– Выйти за него, чтобы воспитать моего ребенка как своего.
Он говорил это с такой горечью, с самобичеванием, что Кристин почувствовала колющую боль в сердце. Она давно уже не винила его.
Она вскинула на него глаза:
– Он сделал это для тебя, Анатоль. Он дал твоему сыну дом, любящую семью, он содержал нас.
Лицо Кристин помрачнело. Она вспомнила о Василисе, и ей стало грустно.
– Он знал, что не доживет до того, когда Ники повзрослеет, поэтому я и называла его дедом, поэтому Ники зовет его так.
Она сглотнула и посмотрела на Анатоля. Ей тяжело было говорить.
– Прости меня, Анатоль.
Он мрачно посмотрел на нее.
– Это моя вина.
– Не вини себя.
Кристин оправдывала его. Он взял ее за руки.
– Ты такая великодушная, Тиа, но я виноват. Ты даже не смела заикнуться мне о беременности…
Она крепко сжала его руки.
– Анатоль, пожалуйста. Я все понимаю. Может быть, я должна была сказать тебе, найти в себе силы. Это я скрыла от тебя правду о сыне…
Он не дал ей закончить:
– Я не заслуживал счастья быть отцом.
– Но сейчас ты этого заслуживаешь, – ответила она уверенно и спокойно. – Ты научился любить его, а ребенку именно это и нужно. Любовь. То, чего тебе недоставало в детстве. Но сейчас, – голос ее дрогнул, эмоции переполняли ее, – сейчас Ники твой, ты любишь его так, как и должен любить его отец.
Она поднялась со скамейки. Он тоже встал. Женщина казалась такой маленькой и хрупкой по сравнению с ним, как и всегда. Не выпуская его рук из своих, она посмотрела на него и сказала:
– У тебя будет любящая жена.
Кристин встала на цыпочки и потянулась вверх, чтобы поцеловать его.
Взгляд его смягчился. Он нежно посмотрел на нее и ответил:
– А у тебя любящий муж.