Барон Алье наклонился, брезгливо вытирая испачканный в крови кинжал об одежду убитого им человека, и одновременно вынимая шкатулку из его рук. Тело покачнулось и, проехавшись спиной по ножке стола, грузно упало на пол, с глухим стуком ударившись об него головой. Из раскрытого рта на мраморную плитку выплеснулось несколько сгустков темной крови. Ида почувствовала, как ее ноги подкосились, а к горлу подступил ледяной комок, мешая дышать. Она заставила себя отступить назад и отвернуться. Ей больше не на что смотреть в той комнате! За сегодняшнюю ночь она и так уже видела более чем достаточно! Голова кружилась, и от этого темнота, окружавшая ее, казалась словно еще более плотной, мечущейся вокруг нее бесформенными черными пятнами. Уцепившись рукой за стену, девушка сделала шаг прочь от страшной комнаты. Последнее, о чем ей еще удавалось думать, это о том, как бы случайно не толкнуть дверь и не привлечь к себе внимание барона Алье!
Пошатываясь и цепляясь за стену, Ида кое-как преодолела пару десятков метров по галерее прежде, чем вновь обернулась. Дверь и прямоугольник слабого света, падающий из нее, по-прежнему были видны, а значит, барону достаточно просто шагнуть за порог, чтобы увидеть дочь императора! До ближайшего поворота оставалось не так много, но этот путь — тот самый, по которому она бежала вслед за мужчиной — вдруг показался Иде совсем ненадежным! Девушка огляделась по сторонам и, заметив рядом с собой закрытую темную дверь, не задумываясь, толкнула ее, ввалившись в одно из внутренних помещений дворца.
В комнате, в которой она оказалась, было темно и немного душно, а в воздухе витал какой-то странный, незнакомый Иде запах. Девушка огляделась вокруг. Благо ее глаза, успевшие привыкнуть к полумраку, различали достаточно. По-видимому, она попала в один из музыкальных салонов, потому что большую часть просторного помещения занимали мягкие стулья, расставленные несколькими рядами, а в дальнем от Иды конце возвышалось какое-то странное сооружение, больше всего напоминавшее небольшой орган. Впрочем, ни кресла, ни музыкальный инструмент ее внимание не привлекли, гораздо больше Иду заинтересовала дверь в противоположной стене комнаты! Дочь императора устремилась к ней, с облегчением отметив, что ноги, кажется, начали слушаться ее немного лучше.
Быть может, дело было в тепле внутренних помещений дворца или в том, что ее, кажется, так никто и не заметил и не собирался преследовать, но Ида постепенно начала приходить в себя. Ее руки по-прежнему дрожали, а сердце колотилось где-то в горле, но она, по крайней мере, снова могла дышать, не давясь казавшимся каменным воздухом! А самое главное — к ней наконец-то возвращалась способность думать!